Они следят за нами, и очень может быть…

— Неужели вы хотите сказать, что они напали на наш след?

— Утверждать этого я не могу, но очень вероятно. Наш поспешный уход из Мельбурна непременно обратил на себя внимание разбойников, и они наверное пустили в ход все свои средства, чтобы выследить нас.

Крик совы послышался в третий раз и уже гораздо ближе.

— Теперь я окончательно уверен, что это человек! — сказал Дик.

— Как вы это узнали?

— Этого нельзя объяснить. Чтобы это понять, нужно провести столько же времени в австралийских лесах, сколько я, одним словом, по тысяче признаков, неуловимых для неопытного уха. Впрочем, я могу убедиться на опыте. Оставайтесь тут, а я пойду на разведку.

— Но вас могут поймать…

— Я недалеко отойду.

— Не разбудить ли господина?

— Не нужно. Пускай себе спит.

Канадец осторожно пробрался в кусты. Не прошло минуты, как Лоран с удивлением услышал новый крик гопо так близко от себя, что, подняв голову, стал вглядываться в темноту, надеясь увидеть птицу. Через несколько секунд послышался издали в ответ точно такой же крик, и тогда Лоран понял, что первый крик принадлежал Дику.

Началось беспрерывное перекликание между канадцем и неизвестным человеком, который отвечал Дику, как верное эхо. Этот человек, очевидно, приближался к привалу наших друзей.

Из-за леса выглянула луна, только что появившаяся на горизонте, и бледным светом озарила окрестность.

Траппер, продолжая подражать совиному крику, понемногу отступал назад к своим товарищам, стараясь завлечь незнакомца под выстрелы трех винтовок.

— Разбудите своего господина! — сказал он Лорану.

Но тот уже сам проснулся и вскочил на ноги.

— Что тут такое? — спросил он, видя, что Лоран и канадец взводят курки.

— Иора, Тидана! (Здравствуй, друг).

Дик узнал австралийца, поспешно отвел ружья товарищей и ответил:

Он подал дикарю руку, которую тот дружески пожал, и представил Виллиго товарищам как своего названого брата и одного из вождей племени нагарнуков по прозвищу Черный Орел. Затем он сказал Виллиго несколько слов на туземном языке. Дикарь живо обернулся и подал им руку. Когда те протянули ему свои, Виллиго приложил их сначала ко лбу, потом к сердцу; это означало, что знакомство состоялось. Оливье и Лоран приняты были в число друзей нагарнукского племени.

Канадец горел нетерпением расспросить дикаря, зачем он прибежал к нему, но этикет требовал, чтобы Дик сначала осведомился о здоровье родных Виллиго и обо всем племени. Лишь после этой формальности он решился заговорить о том, что его интересовало.

Виллиго рассказал ему, что, находясь в состоянии войны с соседним племенем — дундарупов, он отправился со своими воинами на рекогносцировку.