- То есть в человеческом облике он чувствует, что ты находишься в этом мире, но не уверен, рядом ли ты, так? А когда выходит из тела, знает точно и может читать твои мысли?

- Да, именно. Но тут он в пролете. Я-то его мысли слышу, и это жутко неприятно. А вот он пробиться сквозь моих… пагримов не может. Понимаешь, я как будто думаю в два слоя. Не знаю, как это объяснить. Как будто настоящие мысли в глубине, а сверху песни и сказки, которые ему мешают. Он так Юнии и сказал. Что я думаю непонятно о чем. Незаметно подобраться ко мне он не сможет, я сразу почувствую и тут же начну петь и разговаривать со своими троллями.

- Юнна, это, конечно, хорошо, но все равно не выход.

- Ясное дело, - согласилась я. – Юниа будет к тебе липнуть, Йоргис давить на совет, чтобы тот снова заставил тебя жениться. Ну, ты понимаешь. А чтобы избавиться от него, нет веского основания. Если только еще кого-то отправить на поиски доказательств его участия в заговоре. Но, подозреваю, их тоже ждет какой-нибудь дождь и оползень. Боюсь, нам поможет… может быть, поможет только тот южный колдун. Если, конечно, мы узнаем, для начала, где его искать.

До меня внезапно дошло, почему Йоргис был так спокоен, когда Юниа предположила, что я могу как-то обо всем рассказать Айгеру.

- Я, конечно, могу ошибаться, но боюсь, что нет. Айгер, нам не поможет, если я просто верну себе тело Юнии. И колдун это знает. Поэтому и не особо волнуется на этот счет. Он сказал ей, что наши души: его, ее и моя – связаны ее телом. Между ним и мною такая же связь, как между ним и Юнией. Ты понимаешь, что это значит?

- Не совсем, - Айгер наморщил лоб.

- Для его целей без разницы, кто будет в ее теле: она или я.

- Подожди! Ты хочешь сказать, что если ты вернешься в ее тело и мы с тобой будем близки…

В языке Илары имелось всего одно слово, обозначающее интимные отношения, примерно соответствующее нашему «близость». Если, конечно, не считать тех, о которых Герта когда-то сказала, что их лучше не произносить вслух. Или туманных иносказаний. Любопытно, что при известной вольности нравов местный язык был довольно ханжеским: или нечто вялое, бледное, или уж нецензурщина. Меня, привыкшую к обыденному «секс», «заниматься сексом», «заниматься любовью» или грубому, но вполне легальному «трахаться», деликатное «близость» раздражало.

- Да, Айгер. Я думаю, тогда колдун получит доступ к твоему телу. Как получил его к телу Йоргиса. Таким же способом. Может, тебе лучше отправить Юнию обратно в Леандро, жениться на какой-нибудь девушке из клана Кембро, когда они подрастут, и забыть обо всем, как о страшном сне?

- Ты с ума сошла? – возмутился он. – Если уж тот другой колдун сможет вернуть тебе тело, то, полагаю, и от Йоргиса поможет избавиться. Разорвать связь между вами.