Сперва эта дура-жена с ним так обращается, все ей не так, потом случился менестрель, я все поняла! А когда вчера леди Ровега сказала, что он не умеет выстроить замок, я едва не крикнула: дура, а ты умеешь? Настоящая женщина от мужчины ничего не требует, он и так отдаст все, что добудет. Его нужно поддерживать, помогать, утешать…

— Гонец у Горвеля? — спросил Олег напряженно.

— Говорят, уехал до рассвета.

Ее личико было безмятежным, красные блики пылающего камина прыгали, сверкающей россыпью отражались в крупных блестящих глазах. Даже румянец не поблек, словно крепко спала всю ночь.

Может быть она лунатик? Но лунатики не помнят, что с ними случается.

— В большой зале, — ответила она с досадой, в глазах красные искорки сменились зелеными. — Отыскал какой-то особенный меч, корчевской закалки, теперь рубится со старшим стражем!

Олег наконец-то понял причину доносившегося снизу грохота, лязга и натужного пыхтения. Еще голоса, грубые, мощные, довольным ревом и воплями отмечали удачные или особо мощные удары. Олег кивнул Чачар, пошел на грохот железа и запах крепкого мужского пота.

Когда вошел в зал, там стоял рев, сверкала сталь.

В узкие окошки едва пробивались чистые лучи утреннего солнца, в дымном полумраке по залу прыгало и размахивало железом четверо: Томас сражался с тремя воинами Горвеля. В одной руке он держал треугольный железный щит, а огромный меч в другой двигался так, что вокруг него постоянно блистала стена холодной стали.

— Томас! — крикнул Олег настойчиво. — Нужно поговорить с хозяином!

Томас отпрыгнул от удара, принял на щит два других, крикнул весело:

— Ты такой же гость!

Воины заворчали.

Олег ощутил устремленные со всех сторон враждебные взгляды. Кто-то негромко, но так чтобы он слышал, выругал свиномордых паломников, что лезут не в свои дела, когда вроде бы желудей в этом году уродилось вдоволь, а они все еще бурчат…

Томас с разочарованием бросил меч одному из воинов, тот успел ухватить на лету за рукоять, остальные проводили Томаса до лестницы воплями и стуком в щиты рукоятями мечей. Вдвоем поспешно поднялись на второй поверх. Возле покоев Горвеля взад-вперед прохаживался воин, зевал, сонно тер кулаками глаза.

Увидев Томаса и калику, оживился:

— Смена?.. А это вы… К хозяину?

— Да, — буркнул Томас. — Он здесь?

— Там леди Ровега. А сэр Горвель утром исчез.

Рассеянную улыбку словно сдуло с лица Томаса. Олег толкнул двери, воин не успел остановить, вбежали в спальные покои.

Леди Ровега с заплаканными красными глазами суетливо рылась в большой шкатулке. Еще две с откинутыми крышками стояли на лавке, одна лежала на полу. Она испуганно отшатнулась, заслушав топот, что-то в ее движениях было от взбешенной кошки.