Ты же получила свою порцию позитива?

Я сжала руки в кулаки, чтобы не ударить его в приступе гнева.

– Черт, Блейк! Ты говорил, что сможешь держать дистанцию, ты обещал мне профессиональное отношение! – обиженно крикнула я, отталкивая его ладонью. Но Блейк даже не пошевелился, в итоге оттолкнулась от него я сама.

– Ну, я обманул тебя? – непонимающе вскинув брови, спросил он.

– Ты грубо взял меня на столе в кабинете!

Блейк усмехнулся, его глаза сверкнули, словно он был очень доволен собой.

– Разве это было не профессионально? – с издевкой спросил он, наблюдая за моей реакцией.

О нет. Я же обещала себе, что больше не позволю ему пошатнуть мою уверенность и украсть спокойствие.

– Если на то пошло, то я ничего не почувствовала, значит, не такой уж ты и профессионал, – с напускным безразличием ответила я.

Блейк рассмеялся, и этот низкий грудной смех прокатился прямо по моей коже, вызывая предательские мурашки.

– Ты ничего не испытала, потому что я контролировал все, вплоть до твоего тела. Будешь хорошей девочкой, и в следующий раз я так уж и быть позволю тебе получить удовольствие, – самодовольно выдал он.

Я чуть не поперхнулась от этого смелого заявления.

– В следующий раз? Размечтался! То, что было между нами – одноразовая акция, я давно не была близка с мужчинами, мне нужна была разрядка, но даже в этом тебе нельзя доверять. Ты мне ничем не помог, – желчно выдала я, рассчитывая на определенную реакцию Блейка.

Но он решил заострить внимание на другом и спросил меня:

– Примерно две недели назад, – солгала я.

На самом деле у меня не было близости с мужчиной уже год, а последним человеком, который касался меня, был Блейк. Но он об этом не узнает.

Его лицо потемнело, а глаза засверкали недобрым блеском.

– Две недели? – переспросил он.

– Да, две недели, а что такого?

Джефферсон дернул подбородком.

– Это сути не меняет. Держись от меня подальше, и не смей больше трогать меня без моего разрешения.

– О, – протянул он. – Мне решать этот вопрос через отдел кадров или бухгалтерию? Написать заявление?

– Не ерничай, идиот! – Хотелось засунуть его голову в кастрюлю и постучать по ней ложками.

Он мягко приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза.

– Мы оба знаем, что ты не устоишь, стоит мне коснуться тебя, ты мгновенно подчиняешься мне, – самоуверенно заявил он.

Я усмехнулась, почему-то уверенная в своей выдержке и силе воли. Будто это не я отдалась Джефферсону на столе некоторое время назад. Резким движением я отмахнулась от его руки.

– Не в этот раз, – ответила я.

В его глазах промелькнул огонек. Он был уже знаком мне. Азарт.

– Спорим? – спросил он, улыбаясь уголком губ.

Я хотела отказать, но глядя в эти черные глаза, которые сочились самоуверенностью и надменностью, я сильно разозлилась.