Лет пять назад Падма рассказывала, что ее Оли был влюблен в меня с самого детства. Надеюсь, он нашел себе кого-нибудь, кто может предложить ему больше, чем дружбу.

– Как дела, малышка Джо-Джо? – спросил он на английском с заметным акцентом.

– Малышка? Я старше тебя на год, малыш Оли!

Он отстранился с широкой улыбкой.

– Значит, ты решил остаться в поместье? – с интересом спросила я.

Оливер покачал головой.

– Я приехал на выходные проведать семью. Завтра возвращаюсь домой, мы с моей девушкой держим небольшой этнический индийский магазинчик в городе.

Магазинчик? Очень интересно. И у Оливера есть девушка.

Обогнув меня, вперед выдвинулся человек, о присутствии которого я на несколько секунд забыла.

Оли сразу же протянул ему руку.

– Блейк, – холодно представился Джефферсон.

Они пожали руки. Улыбка на лице Оли стала угасать.

– Ого, сильное рукопожатие, – криво усмехнулся мой друг детства.

Взгляд Падмы остановился на Блейке, и она аккуратно спросила:

Мы сказали это одновременно.

Оли отстранился и поднялся на ступеньку выше, останавливаясь рядом с матерью и с интересом разглядывая Джефферсона. Падма удивилась, но никак не прокомментировала эту странную ситуацию. Блейк коротко взглянул на меня, по его напряженному лбу я поняла, что он чем-то недоволен.

В чем дело? Разве мы не друзья? Я же не обманула Падму и Оли.

– Да, я друг Джоанны. – Согласился он и протянул руку для приветствия Падме, на губах его заиграла фальшивая улыбка.

Наблюдая за всем этим, я поняла, что Джефферсону лучше не иметь в своем арсенале ненастоящих улыбок, все они похожи на угрожающий оскал и могут пугать людей.

Оливер подхватил чемоданы. Блейк, поздоровавшись, отошел немного в сторону, а Конрад не проронив ни слова, вошел в дом.

– Что это с ним? – без интереса спросила Падма.

Я лишь махнула рукой, и подошла к женщине, обнимая ее.

– Ничего, его обычный день.

Падма по-матерински прижала меня к себе. Моего лица коснулись ее длинные черные волосы, нос защекотало от запаха зеленой травы и меда. Почувствовав такой знакомый аромат, я в наслаждении прикрыла глаза. Падма всегда была добра ко мне. Если остальные уделяли больше внимания Конраду, она предпочитала меня. Падма всегда мечтала о дочери, однако с этим у них с мужем не получилось. Поэтому она относилась ко мне как к родной. К тому же Падма не любила капризных детей и ворчливых взрослых, а Конрад был очень капризным ребенком, и очень ворчливым взрослым.

– Прекрасно выглядишь, – с улыбкой сказала она, оглядывая меня с ног до головы.

Она пригладила свое васильковое хлопковое платье и, подхватив меня под руку, направилась в дом.