Простое действие заставило мою кровь гнать по венам, наполняя грудь теплом, но я не подал виду, спокойно сцепляя наши пальцы.

– Спасибо, что согласилась съездить со мной.

Джоанна взглянула на меня.

– Конечно, в любое время.

Не думал, что когда-нибудь побываю здесь. Это место выглядит очень одиноко и печально.

Вдалеке показалась спина Гранта. Мы подошли к каменному надгробию. Я остановился рядом с отцом. Джоанна убрала руку из моего кармана, и тогда я шагнул вперед, и положил перед надгробием букет ромашек.

Ромашки были любимыми цветами Стефани.

Я решился и пришел сюда впервые. До этого даже не был на ее похоронах. Не мог видеть, как гроб с ее телом закапывают в землю. Не мог видеть плачущих людей и охрипшего от горя отца. Мне было проще бежать от этого. Не замечать.

А еще я слишком долго винил себя в смерти Стефани. Я ведь мог остановить ее тогда, спуститься быстрее, схватить за руку. Но я не успел, сцепился с матерью, и Стефани уехала.

Она так любила жизнь, но не успела ею насладиться.

Стеф была родом из небольшого городка в Швейцарии, она не знала свою маму, ведь та умерла при родах. Однако она не чувствовала потери, ведь отец окружил ее заботой и любовью. Он занимался альпинизмом и преподавал уроки скалолазания в местном спортивном центре. Поэтому Стефани покоряла горы с детства.

У них даже сложилась особая традиция – отмечать дни рождения в горах. Эта традиция стала роковой. В свой семнадцатый день рождения Стефани потеряла отца. Сложный склон, плохие погодные условия, он сорвался и умер у нее на глазах. Ей пришлось рано повзрослеть.

Однако Стеф не отказалась от этой традиции и привнесла ее в нашу семью.

Стефани и мой отец были слишком разными, и не должны были встретиться. Но судьба распорядилась иначе. Наша компания занималась реставрацией сгоревшего крыла здания, где находился центр скалолазания, в котором работала Стеф. Там они и познакомились.

Стефани говорила, что всегда мечтала о полной семье и благодаря нам обрела ее. Жаль, что мы с отцом не смогли уберечь Стеф.

Джоанна знала все, последние несколько недель мы провели вместе как друзья и любовники. Именно поэтому в столь важный для меня день она была рядом.

Никто не видел меня таким, каким видела она: слабым, беспомощным и брошенным всеми любимыми людьми. Одиноким и растерявшим весь интерес к жизни. Ее растрогала моя история, однако она не смотрела на меня с жалостью.

– Я рад видеть тебя здесь, сын, – сказал отец, поворачиваясь ко мне. – И твою девушку тоже.

На его губах появилась улыбка. Он подошел и пожал руку Джоанны. Я не стал ему говорить, что мы с ней не пара, а просто друзья со своими правилами, впрочем, не стала говорить об этом и она.

– Рада снова видеть вас, мистер Джефферсон.

– Просто Грант, – поправил он.