– А стрельба! Я ее на соревнованиях смотрел: слезы! Она такая маленькая, худенькая, тонюсенькой ручкой держит этот пистолетище! Такое ощущение, что это он ее держит, а не она!

– Ген, ну что возмущаться! Ты же знаешь, какая она у нас, вроде покладистая, спокойная, а когда дела касается, кремень! Вот же характер! И потом, да, она у нас миниатюрная, но ведь побеждает на этих чертовых соревнованиях! Все в десятку лупит, я поражаюсь!

– Ладно, решили так решили, отговаривать не станем!　– наверное, в миллионный раз повторял папа одну и ту же фразу, уговаривая больше себя.

– Эта не бросит!　– покачала головой мама.　– И не разонравится ей, Ген.

И Зиночка поступила, с первого раза, в десятку, как стреляла. Кстати, к моменту поступления она уже стала мастером спорта по стрельбе и победила во множестве соревнований.

– То есть ты эксперт-криминалист?　– уточнил Захар.

– Ну да,　– подтвердила Зинаида.

– Да уж, удивила!　– восхитился он.　– Кажется, тут кто-то говорил о моей необычной профессии?

– А в моей профессии нет ничего необычного. Лабораторные опыты и исследования, много компьютера, много микроскопа, колб, реактивов, аппаратуры и очень много отчетов.

– А выезды на место преступления?

– Были, а как без них? Но первые пять лет, после института, когда я в районном отделении работала и немного в центральном. А сейчас я ведущий специалист экспертно-криминальной лаборатории Главного управления и на место преступления не езжу, в лаборатории отсиживаюсь.

– Да, Зинаида, восхитила, честно!　– признался Захар.　– Прости за банальность, если я правильно понимаю, твоя работа – это сплошной ненормированный график, то есть только работа, а как семья, муж, дети к этому относятся?

– Вообще-то ничего необычного, как у любого служащего, с девяти до шести, но когда аврал и срочные экспертизы, бывает, и сутками работаем.

– Да, почти всегда!　– тихо рассмеялась Зинаида.　– А мужа и детей у меня нет, если ты хотел выяснить мое семейное положение.

– Хотел,　– не стал скрывать заинтересованности Захар.

– Обычно таким заходом про наличие семьи барышни выясняют, вроде бы намеком, но далеко не тонким.

– А я не намеком, я прямиком,　– усмехнулся Захар.

– Ну, тогда и я прямиком,　– предупредила Зинаида.　– У тебя, судя по тому, что ты рассказал, совсем уж жизнь не нормирована и дома ты не бываешь, как твоя семья с этим живет?

– Да уже никак. Развелись мы с Ириной.

– Мне жаль,　– искренне посочувствовала Зинаида.　– Извини.

– Да ничего страшного и трагичного. А сын в этом году заканчивает школу и приедет ко мне в Москву, поступать и жить.

На самом деле ничего страшного и трагичного. Так, бытовуха, разновидности банальной, подотряда житейской.