Причём первого из них незадолго до смерти официально объявили наследником престола: в отсутствие царя в Москве указы подписывались одновременно двумя именами — самого Алексея и его старшего сына. Из всего этого делался недвусмысленный вывод: царскую семью сознательно «изводят», государь желает дать крестьянам и служивым людям свободу, а изменники этому препятствуют. Поэтому необходимо начать борьбу с ними и тем самым помочь царю. Вот такой идеологией изначально было окрашено восстание. Простые люди не могли даже допустить, что монарх не просто заодно с меняющейся элитой, а является прямым выразителем её интересов.

Когда Разин подошёл к Царицыну, его отряды, разделённые на сотни и десятки, насчитывали около пяти тысяч человек. Последовало заявление, что они пришли освободить всех от ярма боярского рабства. Как быстро выяснилось, в штурме нет никакой необходимости, поскольку население не собирается оказывать сопротивления восставшим. Воевода с группой чиновничества и офицеров оказались в абсолютном меньшинстве: их призывы защищаться никого не вдохновляли. Ворота были открыты, и разницы беспрепятственно вошли в город, их встречали как освободителей.

В Царицыне они провели более месяца, перебили верхушку, ввели казачье устройство, вместо власти воеводы назначили городового атамана. Один из бежавших вниз по Волге, с характерной фамилией П. Дубенский, достиг Астрахани и рассказал о случившемся. Астраханская крепость являлась ключевым опорным пунктом юга России, и там не на шутку встревожились известиями. Против Разина поспешили снарядить несколько тысяч человек, коими командовали иностранные офицеры. Это войско вышло навстречу Разину, препятствуя его продвижению к Астрахани. Но битвы опять не получилось, так как стрельцы с развёрнутыми знамёнами и барабанным боем перешли на сторону восставших, между ними началось братние. И это несмотря на то, что астраханское начальство буквально накануне обходило весь стрелецкий строй и призывало хранить верность присяге.

Вести об успехах Разина будоражили Астрахань, где население также проявляло сочувствие к происходившему. Например, за речи в пользу восставших был арестован некий поп Василий.

Здесь нужно заметить: многие из низшего духовенства демонстрировали расположенность к разницам, что наблюдалось уже в Царицыне, где священники встречали их с иконами. Это объясняется тем, что навязанная сверху церковная реформа ещё не укоренилась на местах и при ослаблении административного давления неприятие к ней сразу прорывалось. Поэтому попытки астраханского воеводы И. Прозоровского и местного митрополита увещевать жителей, проводить крестные ходы ни к чему не приводили.