Они встретились в ее первую брачную ночь. Только женихом на той свадьбе был совсем не он.«Прожить одну жизнь — спасти тысячи», — таков его принцип. Сильный духом, холодный сердцем; он выполняет свою работу, спасая девушку снова и снова. Но сможет ли он спасти себя, когда окажется рядом с ней? #властный и упрямый герой#смелая героиня#страсть и любовь#остроумные диалоги

Сильный духом, холодный сердцем

Цикл: Впечатляющий пик

     Что я испытываю, целуя чужую жену? Дикое желание, которое уже невозможно контролировать. Ее мягкие, податливые губы невероятно сладкие и теплые, а тело трепещет в моих руках. Все мои правила, те которым я следовал из года в год, летят к чертям собачьим лишь ради того, чтобы чувствовать соблазнительное движения ее языка у себя во рту. Горячая, она такая горячая, что земля уплывает из-под ног.

     Целую и падаю в пропасть. Как это непохоже на всегда правильного Олега Борисовича Кириллова. Начальник должен подавать пример, а я уничтожаю собственную репутацию, только чтобы сжать ее упругие ягодицы. Хочу ее, но должен отпустить. Непозволительная роскошь быть счастливым с женщиной, которая принадлежит другому.

     Оторвать от себя и вспомнить, что тоже не свободен. Но как же вкусно и от того, что «нельзя» еще вкуснее. Украсть еще немного блаженства, забыться, перейти на темную сторону и уничтожить образ правильного парня окончательно.

     Чужая жена стонет мне в губы, а я не уверен, что был когда-либо настолько возбужден...

— Жених проносил обручальное кольцо всего несколько часов, и теперь его надо снимать с помощью МЧС. Похоже на хитрый ход! — смеется стажер.

— Людям нужна наша помощь, а тебе бы все шуточки шутить, стажер! — смотрю на подчиненного убийственно-холодным взглядом, пытаясь вернуть ему рабочее настроение. — А знаешь ли ты, стажер, что спасатели в год вынуждены срезать, спиливать, перекусывать около тридцати колец? Бывало даже, что к началу смены прямо к зданию службы подходили несчастные люди, которым надо было повторно освободиться от колец.

— Не легче ли в ЗАГСе развестись?! — громко смеется.

— Нет, стажер, не легче, так можно и пальца лишиться.

— Олег Борисович, я, между прочим, лейтенант, а вы все стажер и стажер, — обижается.

— Для меня ты всегда стажер, — ухмыляюсь, придавая своему голосу жесткости и хладнокровия.

Александр, либо Викинг — высокий, широкоплечий блондин с короткой стрижкой, вполне мог бы сниматься в кино, но выбрал профессию спасателя. Ко мне в отряд поступил стажером, время его стажировки давно подошло к концу, но он решил остаться с нами. И теперь каждая потерпевшая, моложе семидесяти, пускает слюни, томно вздыхая.