Встретила она дядьку твоего троюродного и влюбилась бес памяти. А он на нее и не глядел. Так развлекся с ней, как с девкой падшей и отпихнул от себя. Зачем ему охотница слабая, что за щенков бы она ему принесла. Вот и совершила дочь моя непростительное. Увела в лес сестрицу родную, любившую ее и доверявшую ей, и погубила, отобрав силу всю. Вот тогда-то и обратил Олег Серый на нее внимание. В следующий раз вернулась она из города с ним да беременная. Вот только ребеночка она понесла от него, не будучи нареченной его. И губила она Анечку с Катенькой в утробе. Вот и перешла сила девочки моей Анечки не Ярине, а Катеньке.

Бабуля замолчала, а я сидела словно к стулу прибитая. О чем говорит бабушка!? Какие силы, какие щенки? Вот только спросить хоть что-то не могла. Словно парализовало меня. Мама убила сестру. Моя мать убийца. В горле ком стоял, а в животе что-то сворачивалось в тугую спиральку. Вся моя жизнь, все, что я знала, оказалось ложью и недомолвками. Что же происходит?

- Никогда я, слышишь, Мстислав Лютый, не признаюсь, что вырастила убийцу. Никогда не признаюсь, что ведьмовская сила моей внучки пришлая, и рождена она была охотницей.

Моя внучка с рождения девочка сильная, вся в мужа моего. Никаких невзгод не боится, сама дитем была, когда из рук моих топор вынула и нарубила нам дров. Ребенком была, а уже охотничья сила в ней звенела. На досаду матери ее. А как та поняла, что в Катеньке еще и сила Анюты притаилась, так и скрылась вовсе. И Серый, не будь дурак, носа нам не кажет, боятся они ее. Боятся, что она проклянет их за то, что не стали они ей родителями истинными, за то, что позором считали. Очень бояться, ведь знают, что за сила темная в ней плескается.

- Почему они меня отдали тебе? – я нашла в себе силы спросить то, о чем всю жизнь умалчивала.

– Почему я была им не нужна?

- Да вот ошиблась Ярина, думала, что слишком слабенькой ты родилась. Что ее истинная кровь в тебе взыграла, - горько усмехнулась бабушка.- Отцу твоему слабый щенок, да еще и девочка первенец, был не нужен. Вот и отдали с глаз долой. Да приезжали иногда поглядывали, что с тебя растет. А как прокляла ты их в день похорон мужа моего любимого, так и испугались гнева твоего. А пять лет назад щенок у них появился, мальчик. Вот и вовсе забыли они к нам дорогу.

- Мальчик!? – не поверила я своим ушам.

– У них есть еще ребенок?

- Есть милая. Сын у них, – бабушка как-то вопрошающе и тоскливо глянула на молчавшего все это время Мстислава, словно прося его рассказать то, что, по-видимому, она и сама не знала.

- У Олега Серого сын Кирилл. Щенку пять лет. Слаб и к обороту не приспособлен. Но в стаю его приняли.

- Какой щенок, да какая стая, – не выдержала я – да о чем вы?

- Я волк, девочка, как и твой отец, – снова прибил к месту меня одной фразой мужчина

- Какой - такой волк,- прошептала я.