«Приземлилась» я на стол, сбив при этом поднос. Чашки, тарелки, столовые приборы разлетелись, а щекой я угодила в блюдце с джемом.

Страж не выдержал и бессовестно расхохотался. Правда, стоит отдать ему должное, он быстро помог мне подняться и даже не стал ругать за битый фарфор.

— Говорите, не доставите проблем?

— Простите, эгуи! Мне искренне жаль ваш фарфор!

— Ничего, тэгуи… Ничего… — все еще смеясь, Уэнделл коснулся моей щеки, чтобы стереть джем. Собрав джем с моей щеки, он поднес пальцы к своим губам и облизнул. При этом он смотрел в мои глаза, и, не будь я Соня Иванова, в этом взгляде был мужской интерес. — Я жалею, что не вижу вашего настоящего облика. Уверен, ваше тело гораздо лучше того, что передо мной сейчас.

— Если бы вы видели мое настоящее тело, эгуи, — поддерживая его шутливо-игривый тон, сказала я, — вы бы свои пальцы этак эротично облизывать при мне не стали.

— Я — умудренная годами женщина, и знаю, о чем говорю.

— Вы сказали, что вам тридцать. Я вас старше. Так что опыта больше у меня, тэгуи.

— Женщины взрослеют быстрее мужчин. Так что вы в свои тридцать с небольшим — сопляк, а я — умудренная опытом.

— Вы бросаете мне вызов, тэгуи?

— Нет, что вы. Это я так, по привычке спорю.

— А жаль, — протянул Уэнделл, не сводя с меня глаз. — Мне любопытно было бы сравнить наш опыт…

— В сексе, тэгуи. Мы ведь этот опыт имеем в виду?

У меня перехватило дыхание. Нет, мне не показалось, он подкатывает! Может, Уэнделл флиртовал по привычке, а может, я действительно ему понравилась. Или ему просто хочется переспать с попаданкой в теле бежавшей королевы… Я не стала разбираться, что из этого правда, а что нет, и спросила прямо:

— И вы способны на это?

— Переспать с подозреваемой прямо в архиве, на столе?

— Тэгуи, я не только способен, я к такому склонен, — с обезоруживающей улыбкой ответил мужчина.

— К чему — к такому?

— К сексу. И не важно, на каких поверхностях и где.

— И не важно, с кем?

— Неправда. Вот именно это для меня важно.

— Рада за вас. Значит, вы склонны к спонтанным, так сказать, соитиям. А качество от этого не страдает? — с невинным видом осведомилась я.

— Ранее жалоб не поступало.

— Ну, эгуи, — хитро улыбнулась я, чтобы хоть немного пошатнуть его уверенность, — женщины обычно в таких случаях щадят мужчину. Если вы что-то делаете не так, они могут и скрыть, чтобы не ударить по вашему самолюбию.

— А вы проверьте сами, тэгуи. И потом ответьте честно, что было не так… Или — что вам особенно понравилось.

«Ау, Соня! Стоп! — проснулся внутренний голос. — Что ты делаешь?» И правда — что это я? Что это мы? Делать нам, что ли, нечего, кроме как беззастенчиво флиртовать?

— Спасибо за предложение, но я откажусь.