Я вздохнула. По-хорошему, мне нужно продолжить путь. Но смогу ли я? Мне нужно дать себе немного передохнуть, иначе я рискую свалиться с даймона или того хуже — потерять контроль над ними. Пока я действовала на чистом адреналине, но долго на таком «допинге» не продержаться. К тому же пошел снег, а долгие полеты на духах без теплой одежды, да еще и под снегом, грозят как минимум сильной простудой.

Зайдя в сарай, я приказала одному даймону дать тепло и свет, другому — найти хоть какие-то уцелевшие теплые вещи, третьему — принести в чистой емкости воды, пригодной для питья. Раздав указания, я привалилась спиной к какому-то хламу, закрыла глаза и стала таким образом отдыхать, греться. От тепла тело становилось ватным, тяжелым, так и хотелось прилечь, поспать…

Дрема спала с меня, когда я ощутила холод. Куда девался даймон? Я вышла из сарая, поежилась, заметив, как густо повалил снег. Без духов я не протяну, не смогу ни согреться, ни добраться до ближайшего человеческого жилья. Но почему они ушли? Мне казалось, моя кровь служила им достаточно приятной платой за услуги.

Неужели снова придется их приманивать? Но я итак уже сегодня потеряла немало крови. Вздохнув и примирившись с горькой реальностью, я вернулась в сарай, потому как стоять и унывать под снегом вредно для здоровья. Я присела на корточки, посмотрела, что с моим порезом. Никуда не деться, придется еще крови пожертвовать.

— Не береди рану, — раздался мужской голос.

От неожиданности я потеряла равновесие и упала. В сарай заглянул высокий страж в черном, весь припорошенный снежком. И этим стражем, конечно, был Уэнделл. Мелькнула мысль: «Чего ты ждала, Соня? Что сможешь вот так просто сбежать от коренного аксарианина, умелого стража, опытного следопыта? Думала, твой эффектный полет на даймонах останется незамеченным?»

Фэд вошел в сарайчик, протянул мне руку и помог подняться.

— Даймоны, которых ты призвала, опасны. Они ждали, когда ты растеряешь силы, чтобы выпить всю твою кровь. Я ликвидировал их. Соня, как ты могла так рисковать? — отчитал он меня, как маленькую провинившуюся девочку. — Зачем ты сделала это?

— Я бежала от похитителей, — глядя ему в глаза, отчеканила я.

Возникла пауза. Я смотрела на Уэнделла, человека, который похитил меня и, скорее всего, помимо этого сделал немало плохого, но почему-то не могла на него злиться. Да, в нем всегда чувствовалась настораживающая червоточинка, но, помимо этого, чувствовалось и хорошее.

— Ты совсем окоченела, — заметил он, и стал растирать мои плечи.

Я попятилась, и он замер.

— Никак не пойму, Фэд, каков же ты на самом деле, — протянула я с горечью.