В общем, когда я нашла Нину убитой, Вилор был в квартире и видел меня. А потом случайно встретил у вашего офиса. И когда узнал, что я работаю в «Карт Бланш», понял, что рою под него или под его отца. Он сразу же связал смерть Нины и мое там появление. И попытался меня убить…

– Ты шутишь? – недоверчиво улыбнулась Ольга.

– Но как ты узнала, что это он?

– Когда я нашла Нину в коридоре, у нее в руках был телефон, а когда приехала полиция, мобильник исчез. Я потом этот телефон у Вилора в машине нашла. Да он и сам все рассказал.

– Если не он убил, то кто?

– Там еще кто-то был, перед ним пришел к Нине или после него. Мне один человек об этом рассказывал… его потом тоже убили.

– Послушай, что ты говоришь… Это правда? Это все у нас, здесь?

– Правда, Оля, правда. Так вот, Вилор сказал мне, что должен был о чем-то спросить у Нины. У него был разговор с бывшим ее другом, Лехой. И тот ему сказал что-то очень важное. Она с Лехой долго встречалась, они даже пожениться хотели, но потом появился Вилор, и Леха очень переживал уход Нины.

– Нечего и думать, это все он хвостом накрутил! – раздался возглас из ниоткуда.

– Кто? – Дайнека повернулась к Ядвиге Калистратовне.

– Леха твой хвостом накрутил! – возмущенно воскликнула та.

Девушки переглянулись. Вот тебе и глухой тетерев…

– Пакостник твой Леха. Успокоиться не мог, обида задавила, вот и сказал что-то Вилору специально. Точно тебе говорю!

– Да нет… Не может быть. Не такой он человек, – убежденно проговорила Дайнека.

Старуха охотно вступила в разговор, ее распирало от желания высказать свои соображения. Как оказалось, она услышала все до последнего слова. С видом полноправного собеседника Ядвига Калистратовна воодушевленно заговорила:

– Это он не таким был, пока Нина его не бросила, а как бросила, сразу таким стал.

– Очень может быть… – задумчиво проговорила Ольга.

– И папаша этого Вилора тоже темная лошадка. Не удивлюсь, если и он той ночью в квартире побывал. – Ядвига Калистратовна убежденно закивала головой.

Спать легли поздно, за окнами уже светлело. Ольга спала, а Дайнека, ворочаясь на узеньком топчане, снова и снова переживала события прошедшего дня. Всхлипывала, плакала и перебирала в уме обрывки вечернего разговора. «Утром непременно пойду к Лехе, и пусть только попробует сказать мне неправду!» – пообещала она себе.

Казалось, что Ядвига Калистратовна произнесла вслух то, о чем Дайнека уже давно знала. Вспоминая рассказ Вилора, она понимала, что в этой истории нарушена простая логика преступления. Если хотел убить, почему не пришел в назначенное время и не убил? Обычный убийца не станет терзаться, мучиться и оттягивать момент встречи. Вилор не был чудовищем, чтобы заранее планировать жестокое преступление.