Но из-за вуали тот не мог увидеть моего взгляда, а жаль.

– Господин Курц, – сказала я. – Что с бумагами? Все в порядке?

– Почти, госпожа Алиссия. Небольшие затруднения, но, право, они продлятся не дольше одной-двух недель.

– Какие затруднения? – придав голосу изрядную дозу удивления, вопросила я.

– Все счета заморожены, – Курц вновь схватился за портфель. – Нынче вступление в наследство быстро не делается. Не слышали последних указов? Внесены изменения в процедуру переоформления счета, вот тут у меня все выписки… Но, как понимаете, глянуть на них сможете только потом.

– Подождите! – Чарльз поднялся с кресла. – Какие указы? Какая задержка?! Мой поверенный сказал, что никаких проблем быть не должно!

– Ваш поверенный? – Курц наморщил лоб. – Из нашего банка? Сожалею, господин Ильмон, но указ вышел два дня назад и, возможно, ваш поверенный не успел об этом сообщить.

– Я разговаривал с ним позавчера, когда кузина только прислала телеграмму…

– Вот видите! Так что, госпожа Алиссия, не переживайте, максимум через две недели вы получите свои деньги. Никуда они не денутся, у меня все под контролем.

– Благодарю, господин Курц. Отрицательный результат – это тоже результат. Идемте, провожу вас до выхода.

Дворецкий поджидал у дверей, но его зачем-то позвал Чарльз, и я успела сунуть Курцу кошель с золотом.

– Идеально сработано! – шепнула я. – Но что делать, если кузен спросит у своего поверенного про изменившийся закон?

– Пусть спрашивает, – так же тихо ответил он. – Закон действительно вышел. Мне даже лгать не пришлось.

– Так получается, вы взяли деньги ни за что?

– Такова жизнь, госпожа, – ухмыльнулся Курц, сноровисто пряча кошель. – Каждый выживает как может.

Я вернулась в гостиную и увидела, как Чарльз стоит у камина с бокалом в руках. И пьет он вовсе не сок.

– Что это? – я принюхалась.

– Нет, спасибо. Неужели вас так расстроила ситуация с наследством? Оно же не исчезло, нужно подождать лишь пару недель. Это не так уж и долго.

– Иногда это целая жизнь, – кузен сделал большой глоток, разом допивая всю жидкость, и крикнул: – Морриган! Еще виски!

Дворецкий послушно наполнил бокал, но, когда выходил из комнаты, я заметила осуждающий взгляд, брошенный на хозяина. Чарльз часто пьет?

– Алкоголь на самом деле не помогает от плохого настроения, – заметила я, направляясь к лестнице на второй этаж. – Это самообман.

– Да что б ты понимала! – неожиданно крикнул Чарльз, со всей злости швыряя бокал на пол. Стекло тут же разбилось на мелкие осколки. – Я погиб! Погиб! Это был последний шанс.

От неожиданности я даже остановилась. История принимала интересный оборот, и я просто не имела права не удовлетворить женское любопытство.