— Эй, — я ухватила подругу за руку, когда она заглянула в кабинку, держа в руках очередной шедевр из шелка и кружева. — Иди–ка сюда… — усадила Алену на мягкий пуфик и присела перед ней на корточки. — Хватит молчать, говори. Или мне самой сказать?

В ее глазах сияли слезы радости, щеки вспыхнули нежным румянцем, словно передо мной была не мама пятилетнего шалопая и жена с многолетним стажем, а изящная тургеневская барышня.

— Я беременна, Инга. Срок — почти девять недель, — прошептала Левина, пальцем смахивая с ресниц прозрачную соленую каплю.

А-а-а! Обнимашки — не мой конек, но я не сдержалась.

Мы сидели в примерочной: я — в не застегнутом платье винного цвета, Алена — с вешалкой в руках.

— Борис уже в курсе?

— Нет. Я только сегодня сделала УЗИ, потому что боялась, что тест дал ошибочный результат. Вечером хотела ему рассказать, когда Макса спать уложим.

Артем был прав. Эта жизнь полна любви и радости. Еще в ней были ненависть и обиды, и только мы сами решали, что впускать в свою жизнь. Я могла сцепиться с Глебом в судебных тяжбах, делить суммы, лежащие на счетах, завязнуть в разделе имущества, но предпочла просто уйти.

Уйти, чтобы открыть новую книгу, а не мусолить страницы старой, уже прочитанной от корки до корки. Нервы и время в обмен на рубли? Да ну нафиг!

У меня была работа и квартира, а деньги — это просто бумажки, а еще — поводок и ошейник, способ манипуляции. Я выбрала свободу и ни разу об этом не пожалела.

— Я рада за вас, Ален. За тебя, за Бориса и за Макса. Он так хотел стать старшим братом, и его мечта скоро исполнится.

Мы еще немного пообнимались, шепча друг другу слова поддержки, и вышли из кабинки с тремя платьями и блестящими от слез глазами.

Это были слезы радости.

Стоя перед зеркалом, я вспоминала события вчерашнего дня и едва удерживалась от неуместных эмоций: не хватало еще испортить макияж, на который было потрачено почти полчаса!

— Инга, — Артем заглянул в комнату и замолчал. Привалился плечом к дверному косяку. Замер. Задумался. — Ты…

— Что? Не так? — я с трудом сглотнула и бросила взгляд в зеркало. — Тебе не нравится? Переодеться? — дернулась к шкафу, но замерла под тяжелым взглядом, которым меня уже раздели и несколько раз отлюбили в разных позах.

За время, проведенное вместе, я научилась узнавать в зеленых глазах чертей, танцующих знойное танго.

«Летучий Голландец» двигался бесшумно. За пару шагов он преодолел расстояние и встал у меня за спиной. Высокий, широкоплечий, одетый в темно-синий костюм и белоснежную рубашку, он являлся образцом мужской элегантности. Не приторной и наносной, а настоящей, природной. Аура альфа-самца появлялась раньше, чем мой будущий муж.