И хотя для комплекса, расположенного под одной крышей, ВВ-86 был огромен, в сущности, он представлял собой очень маленький городок, в некоторых отношениях не менее уединенный, чем средневековая деревня: ни прямого теле- или радиовещания, ни спутниковой связи, чтобы поговорить с родственниками, оставшимися там, в большом мире. Электронные развлечения, разумеется, были доступны — за определенную цену. В большинстве частных квартир имелись телевизоры и проигрыватели лазерных дисков, и почти у каждого здешнего жителя — какой-нибудь компьютер. Но чтобы удовлетворить потребность в непосредственном участии в развлечениях, обитатели восемьдесят шестого прибегали к старому доброму способу, впервые изобретенному еще скучающими пещерными жителями, оказавшимися запертыми в перенаселенном замкнутом пространстве.

Они сплетничали. Обо всем. О туристах, других станциях, несчастьях и приключениях в Нижнем Времени, друг о друге…

Однажды кто-то в шутку предложил администрации станции установить заборы в жилых секциях, чтобы выделить что-то вроде задних двориков. Этот шутник, сам того не желая, вызвал тянувшуюся полгода оживленную перепалку насчет того, где именно ставить эти заборы, какого цвета, кто за них должен платить, деревянные они должны быть или металлические, брать ли плату лишь за установку или за обслуживание — пока Булл Морган не топнул авторитарно ногой посреди всей этой суеты и не прекратил ее лаконичным «Никаких заборов!».

Давние обитатели восемьдесят шестого все еще время от времени припоминали эти позабытые споры.

Кит едва успел открыть дверь спортзала, как кто-то крикнул ему:

— Привет, дедушка! Как твой артрит?

Кит послал шутника куда полагается и сказал Марго:

— Вот сюда.

В этом окошке ты получишь чистые спортивные шорты и куртку. Скажешь, чтобы записали на мой счет.

Хорошо хоть никто не свистел вслед Марго, когда она на своих каблуках-шпильках шла к женской душевой. Кит переоделся и, выйдя из раздевалки, увидел Малькольма, лениво прислонившегося к стене. Марго пока не показывалась.

— А ты разве не собираешься поразмяться с нами? — спросил Кит, ехидно улыбнувшись. Малькольм изобразил удивление:

— Я? Чтобы поваляться по полу с твоей внучкой? Кит, я пока что еще в своем уме!

— Ты, черт побери, на двадцать лет моложе меня.

Переодевайся. Если у тебя нет с собой наличных, я заплачу за прокат спортивной одежды. Проклятие, я заплачу тебе за урок борьбы. Если ты как следует ее отделаешь, может быть, она На этом успокоится.

— Что ж, ладно. Твое дело. Но я бы не стал на это слишком рассчитывать. Она и впрямь мне немного напоминает тебя.

Кит швырнул полотенце в голову Малькольму. Тот ухмыльнулся, поймал полотенце и бросил его обратно, затем направился в душ.