– Почему не поехали в суд за санкцией?

– Потому что не с чем.

– Как? А его телефон, он же в музее при помощи него все отключил на наших глазах!

– Телефон эксперты из технического управления ЭКУ вскрыли, там все мгновенно самоуничтожилось – даже батарея расплавилась, вся начинка. Видимо, так устроено, при несанкционированном доступе внутрь без пин-кода – самоуничтожение. Кто же знал… Теперь понять ничего нельзя – при помощи телефона он все тут отключил или просто нас разыграл, воспользовавшись сбоем системы охраны. Со струной для виолончели наши к судье даже не сунулись. Это не повод для ареста.

– Значит, его забрал с Петровки адвокат? Но Юсуф уже здесь, я только что его видела в вестибюле.

– С телефона адвоката он сразу позвонил на сотовый Виктории Феофилактовны Вавич.

Катя посмотрела на Дитмара: ага, значит, большой сотовый колпак уже в действии. Они прослушивают музей, переговоры по сотовым.

– Старуха поведала ему о сложившейся ситуации, о краже, о том, что три экспоната коллекции действительно пропали, – продолжал Дитмар. – С Петровки до Волхонки десять минут на машине. И вот он здесь. Мне велели следить за ним персонально. Как же, уследишь, он как джинн.

– Думаю, вот сейчас Юсуфа найти не трудно, – сказала Катя. – Если Виктория Феофилактовна ему рассказала о пропаже экспонатов, скорей всего он сначала направился к ней в кабинет. Удивительно, что у них такие тесные, прямо дружеские отношения – у куратора музея и этого мафиози, слуги Узбека.

– Оба фанатично хотят, чтобы «Проклятую коллекцию» выставили здесь. Это их объединяет, превращая в союзников.

– Значит, эта пара будет вместе искать музейного вора, – Катя задумалась. – Потом Юсуфа можно легко отыскать в хранилище, он явится к Гайкину, чтобы лично осмотреть ящики, которые мы вчера там проверяли.

И тут у Кати зазвонил мобильный.

– Привет, ну ты где? Я промокла до нитки!

Катя отправилась к главной лестнице. Там и встретились. Анфисе не повезло – попала и под ливень, и под град.

Ее мокрую куртку они сдали в гардероб. Потом отправилась в туалет сушить под сушилкой мокрые волосы. Катя рассказала про Юсуфа.

– Я ни на минуту не сомневалась, что этого парня никто не арестует, – сказала Анфиса. – У него по глазам видно, что он человек рисковый. Такие в тюрьме не сидят и не попадаются. Я успела украдкой его поснимать там, в кабинете, когда сигнализация сработала. Снимки получились просто класс, такая экспрессия – гром и молния! Я думала, он от ваших оперов удерет еще по пути на Петровку.

Катя не стала заступаться за коллег из МУРа.

Анфиса объявила – если она тотчас не выпьет чашку горячего капучино, то «даст дуба».

Они отправились в буфет.