Морозов встряхивает головой, запуская руку в свою длинную челку, откидывает ее с лица.

– Ничего. Я был в профкоме, Захарка сказала, что ты подтвердила поездку в лагерь только сегодня. Ты думала не ехать? Это из-за меня? Ты вроде грезила этим лагерем, – хмурится Кирилл.

– Нет. – Я отставляю кофе и кладу руки на стол, сцепив их в замок. – Все зависело от того, как я буду себя чувствовать и впишется ли лагерь в мой график. У меня помимо основной учебы есть еще дела.

– Пока нет. Времени не хватает. У меня три раза в неделю немецкий и два раза английский. Подтягиваю знания как могу. Иногда в голове образуется такая каша. – Тихо смеюсь, Кирилл тоже улыбается.

– Зачем тебе немецкий?

– Помнишь, я говорила, что мой отчим уехал туда по работе? Так вот, я тоже собираюсь когда-нибудь туда перебраться.

– Работать? – хмурит темные брови парень напротив меня.

– Возможно, работать, возможно, учиться.

– После того как закончишь университет здесь?

– Я еще не решила, – честно отвечаю. – Мне там придется поступать заново и только на платное. Я еще не решила, стоит ли тратить время и заканчивать этот вуз.

Морозов хмурится еще сильнее, пальцами почесывает подбородок и подается вперед. Отзеркаливает мою позу, складывая руки на столе. Нас разделяют небольшой кусок стола, полупустые стаканы с остывшим кофе и годы моих невзаимных чувств.

– Меня заставила вернуться в университет, а сама хочешь бросить? – тихим шепотом спрашивает Морозов, неотрывно глядя мне в глаза.

– Это другое. Ты хотел на все забить. У тебя остался один год. Тебе самому сейчас не приходят на ум мысли о том, какой глупый поступок ты собирался совершить? Уйти в армию, бросив университет на пятом курсе.

– Сейчас я, возможно, понимаю, что был неправ, но и ты подумай: если бросишь универ сейчас, с чем останешься.

– Я не планирую ничего бросать сейчас, в крайнем случае, тоже возьму академический отпуск, как и ты.

Резко встаю из-за стола. Морозов последний, с кем я хотела бы обсуждать свои планы касаемо учебы и Германии. Он мог бы на них повлиять, если бы был мне кем-то большим. А так что я имею? Наше шаткое перемирие, которое мы установили когда? Вчера! И это первый раз за очень долгое время, когда он от меня не шарахается, как от чумной, а нормально разговаривает. Сколько это продлится? Ровно до того момента, пока автобус, набитый студентами, не покинет территорию выездного лагеря, увозя нас обратно? А потом что? Опять заставит меня удалить нашу переписку? И будет проходить мимо, даже не здороваясь? Я хоть и влюблена в Кирилла Морозова, но давно смотрю на мир через разбитые розовые очки. Ему никогда не было до меня дела. Не думаю, что сейчас что-то изменилось.

– Слушай, скоро пары начнутся. Мне пора.