Хотя, возможно, этот термин казался слишком незрелым и ориентированным на завышенные обязательства, чтобы реалистично описать наши с ним отношения. Он был очень известным и высокооплачиваемым юристом в Индианаполисе с определёнными политическими амбициями. Несколько лет службы в ВМС США отразились соответствующим образом на шести футах его тела, придавая его внешности безупречность, которая завершалась волосами цвета «грязный блонд» и глазами поразительного серо-зелёного оттенка.

В нашей семье традиция называть детей в честь знаменитостей, которые делили с нами одну и ту же фамилию, передавалась по наследству. Можете спросить моего отца Теда Тёрнера или мою бабушку Тину Тёрнер. Только их давно со мной не было, поэтому мне приходилось в одиночестве нести эту семейную традицию или… крест, в зависимости от вашей точки зрения.

Я переехала в Индианаполис восемь месяцев назад и устроилась работать курьером в юридической фирме Блейна. Жизнь в большом городе была не дешёвым удовольствием, поэтому я не оставила свою дневную работу даже после того, как начала... спать с боссом. Конечно, это было невероятно бестактно с моей стороны, но я нуждалась в этой работе. Мы старались не афишировать наши отношения, потому что в отличие от Блейна, которому было всё равно, меня волновало мнение окружающих.

Когда Блейн пригласил меня на благотворительный вечер в честь знакомого Сенатора, переизбранного в Конгресс, меня охватила определённая нервозность. Я видела в газете, что цена блюд на этом ужине была по семь тысяч долларов за каждую тарелку. Что ж… мне оставалось надеяться, что кухня действительно могла вытянуть выставленную на неё цену, а я, в свою очередь, могла оправдать ожидания Блейна.

Поспешно вернувшись в субботу с дневной смены домой, я быстро приняла душ и даже успела, тщательно высушив длинные светлые волосы, поднять их наверх и нанести лёгкий макияж, прежде чем в мою дверь постучали.

Выучив тяжёлый урок, который преподала мне жизнь несколько недель назад, я не забыла заглянуть в глазок, прежде чем открыть дверь. Моё дыхание перехватило, когда я увидела стоявшего на пороге Блейна – дверной проём заполняли его широкие плечи, из-за безупречного тёмно-серого пиджака выглядывала белая рубашка, сужавшаяся в узкие бёдра. На мгновение, когда его рука всё ещё была поднята к двери, я успела заметить на его пояснице револьвер, который Блейн, пользуясь лицензией на оружие, всегда носил с собой. Эта его привычка уже успела однажды спасти мне жизнь.

– Ты рано, – улыбнулась я, открывая дверь шире, чтобы пропустить его в квартиру.

Блейн оторвался от дверного косяка и, пройдя в холл, окинул медленным взглядом моё тело, всё ещё завёрнутое в полотенце.