Савва смотрит на Кристину во все глаза и явно не знает, что делать дальше.

А я не могу разлепить губы и издать хоть какой-то звук.

Крис дергает своего отца за штанину еще раз. И тянет вверх обе ручки.

Он же чужой... Она его никогда не видела... Она не может проситься к нему на руки...

Савва наклоняется и подхватывает девочку, усаживает ее на сгиб руки. Он не сводит с нее глаз. А меня внезапно прошивает мысль, что сейчас он уйдет с ней, и я больше никогда не увижу своего ребенка.

Это заставляет меня очнуться, скинуть цепочку и сделать шаг наружу босыми ногами.

-Аль? Ты чего? - на моем лице всё читается как в открытой книге, - Я не заберу ее... Я бы никогда...

Он спотыкается на окончании фразы, но тем не менее договаривает:

-С тобой так не поступил...

Я лишь горько усмехаюсь. И тяну руки к дочери.

Кристина прячет личико у отца на шее, отказываясь идти ко мне. Для меня это шок. Она всегда выбирала меня. А сейчас ... Почему она так поступает сейчас?

Ругаю саму себя. Она же еще маленькая. Совсем кроха.

-Я зайду? - голос Саввы режет мой слух как пила.

Я слишком эмоционально всё воспринимаю. Это доходит до меня как озарение. Савва зачем-то приехал. Он отец моей дочери и узнал про нее. Надо всё обсудить и прийти к такому формату, который будет лучшим для ребенка. Так должна поступить любящая мать. А обиженную женщину пора оставить в прошлом. Со всеми ее обидами.

-Заходи, - отступаю я с дороги.

Савва проходит в прихожую. Всё его внимание сосредоточено на ребенке. Кристина же с увлечением крутит пуговицу на его пальто, потом наклоняется в надежде засунуть понравившуюся штуковину в рот. Савва прикрывает пуговицу. Кристина недовольно поджимает губы. Изворачивается и пытается слезть на пол. Савва ее отпускает, переключает внимание на меня, протягивает руку, стремясь взять меня за мою ладонь.

Уклоняюсь. Не хочу физического контакта. Мне неприятно. Не хочу, чтобы дотрагивался.

-Аль, прости меня? Я так передо тобой виноват...

И... Я не верю тому, что вижу.

Савва опускается передо мной на колени, обхватывает меня руками, прячет лицо у меня в бедрах.

-Прости меня. Как же я перед тобой... перед вами виноват...

-Встань, пожалуйста, - прошу я, стараясь отцепить ладони мужчины от меня. Не могу понять, что чувствую.

Пожалуй, преобладает удивление. Даже в самых смелых мечтах я не ожидала увидеть Морозова на коленях передо мной.

Крис уже бодро топает в сторону кухни. С трагедией пора заканчивать. Маленький ребенок и за несколько минут способен натворить много чего.

-Сав, встань. Хватит. Мне за Кристиной надо смотреть. И завтракать ей пора.

Он отпускает. А я торопливо иду за дочерью. И как раз вовремя, потому что она уже тянет за край салфетки, на которой стоит ваза с фруктами.

-Ай-яй-яй! - приговариваю я и усаживаю её в стульчик.