Несколько раз переспросив, уверен ли напарник, что опасности нет, он прижался к обочине, включил «аварийку» и пару минут просто сидел в темной тишине. Дышал и думал. Необходимости ехать на озеро больше не было, как и смысла возвращаться домой: теперь он точно не сможет уснуть в ближайшие несколько часов. Поэтому, отдышавшись и взяв себя в руки, Карпатский все же поехал в гостиницу. Как минимум одна причина наведаться туда у него имелась.

Как и всегда в это время, дверь главного входа была заперта, поэтому пришлось нажимать кнопку звонка и ждать, пряча руки за спиной.

– Привет, – удивленно протянула Диана, открыв ему дверь, и отступила на пару шагов, чтобы он смог войти. На лице ее читались растерянность и даже некоторая настороженность, словно она не понимала, что его сюда привело, и боялась услышать какую-то страшную причину.

– Привет, – эхом отозвался Карпатский, улыбаясь и всем своим видом стараясь дать понять, что все хорошо. – Как ты?

Диана слегка дернула плечом, держась все еще немного напряженно.

– В порядке. Все ведь разрешилось. Это были просто бестолковые подростки, считавшие, что участвуют в каком-то прикольном флешмобе.

Соболев тебе разве не сказал?

В ее голосе почудились странные нотки, словно Диана чувствовала себя неловко оттого, что он приехал зря.

– Сказал, – заверил Карпатский. – Но я решил все равно приехать, убедиться, что с тобой все хорошо, услышать это от тебя.

– Ты мог просто позвонить…

– Мог. Но я хотел тебя увидеть. А еще… вот…

Не особо изящным движением он извлек из-за спины небольшой букет, который прятал все это время. Только тогда Диана окончательно расслабилась и расплылась в счастливой улыбке.

У нее даже глаза загорелись. Карпатский до сих пор не понимал, как это работает, почему цветы, собранные вместе и перевязанные лентой, так действуют на женщин. Оставалось только радоваться, что это все-таки работает, поскольку другого способа сгладить впечатление от утренней сцены он не знал.

Впрочем, самому себе врать не стоило: все он знал, просто по-прежнему был не готов.

– Где ты их взял в такое время? – спросила Диана, наклоняясь и тычась носом в мелкие бутоны кустистых роз.

– В круглосуточном магазине. Пришлось сделать приличный крюк, поэтому я так долго ехал, но когда Соболев сказал, что все разрешилось, я уже не торопился.

Знал ведь, что ты будешь бодрствовать до утра.

– Спасибо! – Она шагнула к нему, приподнялась на носочках и поцеловала в губы.

Можно было смело предположить, что его извинения приняты, но Карпатскому хотелось расставить все точки над «i»:

– Прости мое поведение утром. Я не хотел… обидеть тебя. Ты мне очень дорога, просто… Для меня все слишком быстро.

– Понимаю, – с серьезным видом кивнула Диана. – И ты тоже прости.