А вот если взять простой голый конструкт, то такого разрушительного эффекта не произойдёт.

Максимум — полыхнёт и что-то, возможно, подожжёт. Как раз для розжига небольшого костра.

Именно плетение, вплетаемое в конструкт светляка, отвечающее за бирюзовый цвет, в сочетании с плетением определённой интенсивности свечения и давало тот самый эффект тягучего пламени, обладающего высокой температурой.

А если разорвать готовый конструкт в определенном месте, можно немного отсрочить активацию, пока перекошенный дестабилизировавшийся контур, наконец, сдетонирует.

А можно вообще прицепить «поводок».

Нить, поддерживающая концы уже разорванного плетения. При этом, для поддержания не нужна концентрация. Достаточно лишь того, что создатель просто будет находиться в сознании.

Именно поэтому Петя никогда не делал такие амулеты впрок. Это было смертельно опасно, для него в первую очередь.

Стоит только заснуть или удариться, потеряв сознание, и — всё. Огонь, пока не прогорит, трудно будет потушить даже магическими способами, не говоря уже об обычных.

Оформив подобным образом несколько монет, Петя принялся за модернизацию.

Набросив поводок, он аккуратно разъединил плетение. Убедившись, что всё это прекрасно держится, парень принялся за следующий конструкт.

Закончив, Полозов взглянул на часы и ужаснулся. Почти полтора часа прошло, хотя парень рассчитывал на гораздо меньший срок.

Для того чтобы вернуться в «Орхидею», ему потребовалось еще какое-то время. Вышибалы на дверях, почему-то, были другими, но у Пети и с ними не возникло никаких проблем. Его пропустили даже не взглянув в его сторону.

— Отлично, — облегченно вздохнул парень, увидев, что Алиса по-прежнему находится в общем зале.

Значит не ушла, дожидаясь его.

Только он попытался привлечь внимание, как снова встретился взглядом с одним из той троицы, которая не смогла его вовремя настичь.

— Да что же это такое. Вы всё время меня ждали, что ли? — раздосадовано прошептал парень, двинувшись к Алисе, ловко маневрируя между игровыми столами с веселой публикой, которая принесла сюда явно не последние или кровно заработанные деньги.

Когда девушка его заметила, по её взгляду Полозов понял, что что-то идет совсем не так, что Алиса и подтвердила, приблизившись.

— Где ты ходишь? — прошипела она. — Я уже четверть часа отбиваюсь от его настойчивых попыток увезти меня отсюда. Ещё чуть-чуть и он просто поймёт, что я пудрю ему мозги. Я как дура выгляжу.

— Слушай внимательно, — одними губами произнес Полозов, отслеживая окружающую обстановку. — Вот тебе семь монет. Та, которая пятикопеечная — эту держи при себе! Это очень важно! Не перепутай! Поняла?

— Ты меня за идиотку принимаешь? — фыркнула она.

— Не перебивай.