Я неоднократно читала, что смерть ребенка часто приводила к тому, что супружеские пары расставались, по множеству причин.

Учитывая спор, который случился у Дианы с дочерью перед тем, как Табита исчезла, многие мужья на месте Джоэла нашли бы причину, чтобы обвинить во всем Диану, решив, что тот спор имел прямое отношение к исчезновению Табиты. Но Джоэл был преданным человеком. А Диана, наверное, никогда не думала оставить Джоэла из-за того, что его любили женщины.

Женщины любили Джоэла. У Фреда Харта был «лексус», точно такой, как у Джоэла.

Я села и уставилась в пространство, лихорадочно размышляя.

Мне повезло, что я вспомнила дорогу к дому Фреда Харта, потому что водитель такси совершенно не знал Джермантауна. Он высадил меня в квартале от нужного места, а я заплатила ему чуть ли не маленькое состояние. Таксист рванул с места — вероятно, ему не терпелось вернуться в знакомый мир.

Я оделась в черное и накинула на голову черный капюшон — весьма разумно в холодную погоду. А еще я натянула перчатки.

Вдали от магистралей ночь была тихой и неподвижной. Здесь, в пригороде, почти все сидели по домам в такую морозную ночь. Горели огромные камины, в печах готовилась вкусная еда, горячая вода нагревала тысячи душевых и ванн. Внутри все имелось в достатке, чтобы создать идеальный комфорт для живущих в этих домах.

Однако Фред потерял жену, одну из дочерей и внучку. Ничто не может помешать трагедии посетить ваш дом. Каким бы огромным ни был ваш дом, ангел смерти не пролетит мимо, не тронув вас.

Я подкралась к гаражу, находившемуся сбоку от дома. Там стояла наша машина, машина Фреда и еще одна, должно быть принадлежавшая Фелисии. Я молча перебежала по белому бетону к деревянным воротам в кирпичной стене и осторожно повернула ручку. Дверь была заперта. Проклятье.

Я посмотрела на кирпичную стену. В ней имелась брешь — часть ажурной кладки кирпичей. Я сделала глубокий вдох, поставила носок правой ноги, обутой в спортивные туфли, в эту маленькую дыру, и потянулась вверх. Сперва у меня ничего не получилось. Слабая правая нога не держала меня. Поэтому я поставила вместо нее левую ногу и, решительно сжав губы, снова потянулась вверх. На этот раз я обеими руками уцепилась за верх стены.

Я была очень близко от ворот в углу, образованном кирпичной стеной и стеной дома, и меня можно было увидеть только из гостиной, если бы кто-нибудь встал прямо у окна и выглянул наружу.

Было темно, и на эту часть стены не падал свет из комнат. Я замерла, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце. Сделала глубокий вдох, потом другой.

Растянувшись во весь рост на узкой стене, я рискнула передвинуться настолько, чтобы посмотреть вниз. Было трудно рассмотреть то, что находилось прямо подо мной, я разглядела только, что там что-то растет.