Хотя странно все-таки больше.

– Если бы Раяр просто ловил на тебя адептов, как собирался, он бы не стал усложнять им жизнь. Мне с самого начала показалось странным, что брат не выводил тебя в город, чтобы продемонстрировать адептам…

– Мы были в Фиде, – воинственно напомнила я, неизвестно зачем пытаясь отстоять свое звание приманки.

– Небольшой городок на окраине, – закатил глаза Делмар. – Чудо, что там вообще оказался кто-то из культа.

Я молча ждала, что же он скажет дальше. И огонек не стал разочаровывать:

– Мы измененные, Яна. Мать создала нас такими, какие мы есть, сделала зависимыми от чужих эмоций.

 – Ему было неприятно об этом говорить, рассеянный взгляд скользил по комнате, не задерживаясь надолго ни на одном предмете. – Но для того, чтобы ощущать чужие эмоции и не потерять в них себя, наши чувства так же претерпели некоторые изменения.

Я прямо ждала, как он сейчас скажет, что им пришлось отключить свои чувства, и теперь они отличаются от дубового пенька лишь тем, что тот не может тебя убить. Или запугать, а потом убить.

– Наши чувства и эмоции в несколько раз сильнее ваших.

– И что бы это значило? – Я прямо ощущала в этом его признании какую-то подставу.

Но меня озадачили непонятным:

– Учись радоваться для Раяра, Яна.

Возможно, у меня бы и получилось выбить из Делмара хоть какие-то объяснения, но послышалось очередное «плюх!», и я не выдержала:

– Да сколько же можно?

Бося опасливо зажмурился, поджав под себя лапки. Дося тоже вздрогнула, но есть не перестала. Вот сразу видно – девочка. Наглая и целеустремленная. А мой кошмар говорит, что они бесполые.

– Дося, я посажу тебя на диету! – Угроза так себе, конечно, если учесть, что она-то знает, где здесь находится кухня, а я нет.

Пока нет.

– Ты живешь в его доме, даешь имена его существам, – Делмар сокрушенно покачал головой, – и на что я рассчитывал?

Резко развернувшись, он в задумчивости покинул мою комнату, уже в коридоре категорично и громко заявив:

– Решено. После визита светлых отправлюсь в резервацию, найду себе человечку.

– Тренд этого сезона – человек, – вздохнула я под очередное дерзкое «шлеп!». – Да вы издеваетесь?!

Кто бы знал, насколько легче мне жилось, когда Раяру просто требовалось, чтобы я боялась.

Бояться было несложно, мне даже не приходилось ничего для этого делать, мой кошмар и сам неплохо со всем справлялся, а я просто не пыталась подавить эмоции.

Но… радоваться-то ему как? В гнетущей атмосфере беспросветной мрачноты его замка, прекрасно осознавая, что моей радостью будут питаться, как-то совсем не удавалось настроить себя на оптимистичный лад. Я была унылой лужицей и чувствовала себя соответственно.

Обрадовалась, Яночка, один разочек хищнику, совершенно случайно? Теперь давай, огребай за свою импульсивность.