Но лично у нее не было никаких сомнений. Если Минотавр — первая жертва, вряд ли она будет последней.

— Следы сексуального насилия?

— Отсутствуют. Спермы не обнаружено. Анальное отверстие не травмировано.

— А есть что-нибудь о последних часах его жизни?

— Ну, мы знаем, что он ел. Крабовые палочки. Лапшу с курицей. Что-то из «Макдоналдса». В общем, всякую дрянь. Наверняка питался из помойки. Одно мы установили точно: его последний ужин сопровождался обильными возлияниями. Уровень алкоголя в крови составил две целых четыре десятых промилле. Это значит, что перед тем, как всадить себе смертельный укол, он лыка не вязал.

— А про убийцу что ты можешь мне сказать?

— Немного. Тело он не увечил. Довольствовался тем, что нацепил ему на черепушку эту кошмарную бычью голову. На мой взгляд, он человек хладнокровный. Привыкший действовать методически. Во всяком случае, он осуществляет свои бредовые замыслы с прилежанием и последовательностью.

— Почему «методически»?

— Я заметил одну деталь. На крыльях носа, в уголках губ, над правой ключицей и с обеих сторон от пупка на теле имеются крошечные дырочки.

— И что же это за дырочки?

— Это следы пирсинга.

Убийца извлек все побрякушки. Не знаю, почему он это сделал, но, очевидно, не желал, чтобы на теле жертвы оставались металлические предметы. Говорю же тебе: психопат. Холодный как змея.

— Как, по-твоему, произошло убийство?

— Ты что, забыла правило? «Судмедэксперт не имеет права высказывать гипотезы».

Она вздохнула. Лонго явно не терпелось высказаться.

— Слушай, не изображай примадонну, а?

Врач набрал в грудь побольше воздуха и начал:

— Я бы сказал, что преступление было совершено позавчера. Убийца подцепил паренька ближе к вечеру.

Либо знал, где его искать, либо просто приклеился к первому попавшемуся. Может, в забегаловке, может, на попойке, может, в сквоте, а то и вовсе прямо на улице. Но он точно знал, что жертва — наркоман. Поманил его сказочной дозой. Отвел в уголок и наполнил шприц. Сразу перед этим — или сразу после этого — откачал у него сколько-то крови. Скорее всего, до укола, иначе гемоглобин напитался бы героином. Впрочем, мы все равно понятия не имеем, для чего ему понадобилась эта кровь…

Вторая важная деталь. Денег за дозу с него не взяли.

Просто потому, что у жертвы не было возможности платить 150 евро за грамм героина.

— Спасибо, Мишель. Когда я получу отчет?

— Сегодня воскресенье. Я всю ночь провозился с этим жмуриком. Так что, если ты не против, я хотел бы купить круассанов к завтраку своим мальчишкам.

— Пришли мне фотографии трупа.

— А с головой что делать?

— С бычьей. Ее куда девать?

— Составь на нее отдельный отчет. Опиши, каким именно способом убийца ее отрезал и выдолбил.

— Животные — не мой профиль, — презрительно отозвался Лонго.