Я всего лишь хотел, чтобы он забыл о сучке-Кристине, а в итоге Бен напился и натворил дел, о которых завтра пожалеет. И за которые, скорее всего, меня возненавидит.

И за то, что сделал я.

Не может быть никаких оправданий, что я поцеловал его, когда он был беззащитен и не в себе, но он меня спровоцировал. Хотя я был не особо трезвый. Слава богу, что все же не достаточно пьяный, иначе завалил бы его прямо в баре.

К тому времени как я смог зафиксировать его вертикально, прислонив, к раковине в ванной, он понемногу восстановил контроль над мышцами и, кажется, начал яснее мыслить.

На секунду мне подумалось, а не прикалывается ли он все еще надо мной, прикидываясь более пьяным, чем есть на самом деле.

– Сможешь умыться и почистить зубы?

Он кивает и достает из шкафчика нераспечатанную зубную щетку.

– Я буду оставшимся на ночь гостем, а, док?

Он смеется, после чего мы оба чистим зубы и умываемся холодной водой. Ощущаю себя заметно посвежевшим, будто открылось второе дыхание, что не есть хорошо, на самом деле. Остается только надеяться, что я тут же вырублюсь до утра и не проведу ночь в раздумьях.

– В шкафчике есть парацетамол, – говорит он, берет стакан и наливает воду.

Выпивает две таблетки, которые я ему дал, после того как выпил еще две сам.

– Бен, ты не перестаешь быть врачом, даже когда пьян. Дай-ка мне теперь помочь тебе добраться до кровати, ладно?

Подведя его к кровати, я начинаю расшнуровывать его кеды и расплываюсь в улыбке. Гребаные конверсы, да еще и высокие! Так бы и съел ложкой этого офигенного засранца!

Когда я добрался до его джинсов, он, не открывая глаз, начал хохотать.

– Сначала ты меня целуешь, теперь добрался до штанов. Осторожней, иначе я решу, что нравлюсь тебе.

– Спи давай, Бен. А то ляпнешь что-нибудь, о чем потом пожалеешь.

– Я не жалею ни о чем, что касается тебя, Кори. Люблю тебя, мужик. Ты такой… крутой, – он зевает, будто всласть наигравшийся маленький мальчик. – А что, если нам найти женщину на двоих? В нашем распоряжении все медсестры больницы. Как тебе идея, а? Каждый день новая женщина. И надеюсь, мы еще устроим, как тогда с Кристиной, вдвоем. Боже, это было круто… Заметил, да? Так хорошо…

– Ну правда, Бен. Хорош болтать. Утром самому от себя станет тошно.

Я кладу его на спину, чтобы расстегнуть его джинсы. Когда начинаю их стаскивать, он ерзает, чтобы помочь. А я стараюсь не обращать внимания на перекатывающиеся мускулы его бедер, когда он двигается, и идеальные линии лодыжек. Уверен, он потом адски взбесится, что я бросил джинсы на ковер, но мне сейчас плевать.

Подняв его в сидячее положение, стягиваю с него через голову футболку. Он послушно поднимает руки, чтобы мне было удобно, и я словно раздеваю ребенка, вот только под одеждой в нем нет ничего детского.