Почему-то мне отчаянно захотелось, что бы он не останавливался. Я распахнула глаза и уставилась на то, как он старательно зализывает мои царапины. В голове резко вспыхнули непристойные картинки и я почувствовала, как краснею. Да что это такое со мной творится?

– Г-глеб? – каким-то не своим, хриплым голосом спросила я. – Что ты делаешь?

Но он только странно посмотрел на меня снизу вверх и мне показалось, что в его глазах полыхнул настоящий огонь. Он прервал свою странную игру с моими царапинами, поднялся и склонившись ко мне, резко поцеловал. Жадно. Страстно. Требовательно.

Я опешила от такого поворота. Но вырываться почему-то совершенно не хотелось, наоборот, внутри будто разливалось тепло. Он обнимал меня, одной рукой запутавшись в моих волосах на затылке, прижимая к себе, углубляя требовательный поцелуй.

Потянулась к нему навстречу, обхватив его шею руками. Желая полностью раствориться в этом мужчине. Забрать себе. Совсем. Навсегда.

Где-то на краю сознания билась мысль, о поспешности такого шага. Непонимание происходящего со мной помешательства. Но они быстро улетучились под напором требовательных губ и жарких рук.

– Тася, – выдохнул он мне в губы, на миг отстранившись, а я издала стон сожаления от прерванного действия. – Я не в силах противится твоему зову.

– А? – недоуменно захлопала я глазами.

Он уже снял мою блузку и я осталась в одном белье. Простом, без кружев или каких-то украшений. Он пожирал меня глазами. Странно заурчал, как большой, голодный зверь. Освободил меня от последних предметов гардероба. Подхватил на руки и аккуратно опустил в тёплую воду. А сам сел рядом с ванной на колени.

Я не сводила с него глаз. Не было больше страха или беспокойства. Мне было рядом с ним абсолютно хорошо. Сидя в ванне, совершенно голая, я не испытывала никакого дискомфорта от его присутствия и прикосновений. Он налил на мочалку гель и начал аккуратно проводить по моему телу. Когда он опустился мочалкой к полушариям груди, я издала тихий стон.

– Тася, – он снова хрипло прокатил на языке моё имя.

Его движения были нежными и плавными. Я больше ничего не хотела так сильно, как почувствовать себя одним целым с ним. Вжаться в него, в этого невозможно огромного мужчину. Почувствовать как он наполняет меня всю. Щеки снова предательски заалели, от нахлынувших непристойных картинок в голове.

Он водил по моему телу мочалкой, а мне уже нестерпимо хотелось большего. Хотелось провести руками по его раскаленной коже. Прижаться к его груди. Опуститься ниже и… Я тряхнула головой, отгоняя это наваждение. Эти непристойные, но такие притягательные картинки из моей головы.

– Глеб? – я посмотрела на него.

Хотела спросить о чём-то, но тут же забыла. Утонув в его потемневших глазах.