Конечно, как и все мужчины, он питал слабость к женскому полу. В последний год, после возвращения с континента, Рейн удовлетворял свои потребности в кратковременных интрижках с представительницами околосветских кругов. Но он избегал излишнего сближения с партнершами, ибо это было чревато новыми предательствами.

Немудрено, что и мисс Эллис граф принял за даму легкого поведения, когда этим вечером она полуодетой появилась в его номере. Но желание обладать ею не оставило Рейна и после того, как ошибочность его оценки стала очевидной.

Да, он жаждет ее. Опасное желание, ведь она для него — запретный плод. Негоже вожделеть незамужнюю дочь друга, спасшего тебе жизнь. Вместо этого нужно оказать ей помощь и протекцию.

Он пообещал себе никогда больше не дотрагиваться до нее, наступив на горло своим плотским желаниям.

Но они еще о себе напомнят, Хэвиленд не сомневался. И это тоже весомая причина поселить мисс Эллис в Дэнверс-холле, а не в своем доме.

Он мог бы, наверное, расположить ее в лондонском особняке своей бабушки, но Рейн знал, что леди Хэвиленд никогда не согласится принять у себя в качестве гостьи служанку, которая к тому же напомнит о недавней предосудительной карьере ее внука. Такую же реакцию Рейн предполагал и со стороны старшей сестры. А младшая сейчас находилась в Кенте, что слишком далеко от Чизвика.

За этими размышлениями он потерял счет времени, а между тем экипаж уже замедлял ход. Выглянув в окно, Рейн увидел большие каменные колонны, обрамляющие въезд в поместье Дэнверс.

— Мы почти приехали, — заметил он.

Мисс Эллис вздрогнула и выпрямилась, глядя сконфуженно: мерные покачивания кареты убаюкали ее бдительность и она перестала держать осанку. Девушка надела капор и принялась завязывать тесемки.

— Вы, кажется, назвали свое поместье в Чизвике «Ривервуд»? — сказала она, выглядывая в ночную тьму за окном.

— Да. Мое имение примыкает к Темзе, как и Дэнверс-холл. Я поселился здесь только в прошлом году, стремясь к некоторому уединению. Бабушка обитает в графстве Кент, в Хэвиленд-парке, там же поблизости живут и сестры. Слишком много родственников, как по мне.

— У вас есть сестры?

— Две, одна старше меня, другая младше. У каждой по два сына в возрасте от четырех до двенадцати. Я люблю своих племянников, но они еще слишком малы, и их матери опасаются моего на них влияния.

Мисс Эллис подняла бровь и насмешливо спросила:

— Вы так опасны? Или ваши сестры растят из своих сыновей неженок?

— Брат боготворил нашего отца. Ваши племянники, наверное, тоже вас обожают.

Рейн не мог отрицать того, что мальчики относились к нему с большой симпатией и он отвечал им тем же. Племянники были ярким пятном в его однообразной нынешней жизни.