Пэт сделал знак, чтобы молодой человек оставил фляжку у себя, а сам склонился над картой. Внимательно вглядываясь в нее, он прочертил линии там, где отряд Юрия обнаружил скопление вражеских войск. Он еще накануне сообщил Эндрю и Гансу о появлении передовых частей противника, что заставило его друзей немедленно бросить все и возвращаться в штаб армии. К вечеру они должны были прибыть в Порт-Линкольн. Пэт взглянул на будильник, стоявший на походном столике. Начало второго. «Пусть ребята поспят еще несколько часов, — решил он, — а утром, пожалуй, имеет смысл встать на оборонительном рубеже».

Выйдя из палатки, Пэт посмотрел на звезды, сиявшие на холодном ночном небе. «Хорошая сегодня будет погода, — подумал он. — Как раз то, что надо».

О'Дональд заслонился рукой от поднимавшегося над горизонтом солнца и, прищурившись, посмотрел на восток.

— Денек сегодня в самый раз для хорошей драчки, — заявил он своим помощникам. Он принялся шагать взад и вперед вдоль укреплений, невозмутимо посвистывая и рассматривая многочисленные умены бантагов, которые разворачивали строй в нескольких милях от них.

Оборонительная позиция у Пэта была — лучше не придумаешь. Его люди окопались на гребне холма, возвышавшегося на несколько сотен футов над окружающей степью. Деревья, росшие на склоне, спилили, чтобы они не мешали обзору. Пэт понимал, что это всего лишь форпост, кончик копья, нацеленного на окраину земли, которая всегда принадлежала и скорее всего будет принадлежать кочевникам.

Местность позади него, простиравшаяся на сто двадцать миль до самой реки Шенандоа, была просто идеальной для обороны — сплошные холмы, по большей части поросшие лесом, с небольшими участками пахотной земли, которую возделывали, как он обнаружил с удивлением и восторгом, выходцы из Ирландии.

Единственное, что его удручало, — он практически ничего не понимал из того, что они говорили на своем гэльском диалекте. Пэт даже попытался было возродить добрую старую традицию и сколотить из местных поселенцев отдельный полк, который сражался бы под зеленым ирландским флагом, но, к своей досаде, натолкнулся на их категорическое нежелание подчиняться воинской дисциплине. Тут как раз начались военные действия, и пришлось отложить осуществление этой затеи до лучших времен.

Единственным путем сообщения с внешним миром служила так называемая Старая Тугарская дорога, проложенная конниками орды. Через Шенандоа перекинули мост на рамных опорах, а в лесу проложили железнодорожную линию, которая заканчивалась всего в пятидесяти милях от передовой.