Чак опять согнулся в приступе кашля, и Оливия сделала знак Джеку, чтобы он оставил их. Выйдя на крыльцо, Джек оказался на берегу водоема, служившего источником воды и энергии для предприятий, расположенных ниже по склону. Поверхность воды была гладкой как зеркало, лишь в одном месте подняла рябь стая гусей с ярким оперением, лениво плывших вдоль берега. Внезапно за дамбой блеснула вспышка — это разливали очередную порцию выплавленного в печи железа. Гуси загоготали и снялись с места. Джек посмотрел на запад, на долину Вины, простиравшуюся до самых стен старого Суздаля.

По обоим берегам темной реки тянулись железнодорожные пути, высились заводские корпуса и сотни домов для рабочих, которые съезжались со всей Республики, чтобы не дать заглохнуть производству. «И все это в значительной мере является порождением интеллектуального гения Фергюсона», — подумал Джек. От этого человека, их Леонардо, зависело будущее всей Республики.

— Джек, не утомляй его чересчур, ладно? — прошептала вышедшая вслед за ним Оливия. — Ему надо выспаться.

— А как он вообще? Только честно.

Она опустила голову.

— Не слишком хорошо, — тихо проговорила она. — Не слишком хорошо. Иногда он бывает так слаб, что даже не может кашлять. Спать ему приходится сидя. Ему надо как следует отдохнуть, Джек, — уехать на пару месяцев, а то и на год, подальше от всего этого. — Оливия махнула рукой в сторону фабрик и кабинета Чака. — Он то и дело бегает на фабрики, чтобы проверить, как идет работа, а там печи, дым, пыль, пар. Все это его убивает. Ему обязательно надо уехать.

Джек кивнул. Он сочувствовал другу и его жене, но в то же время понимал, что над Республикой нависла угроза гибели, ей предстоит война куда более жестокая, чем две предыдущие.

Победа во многом зависела от того, сумеет ли творческое воображение Чака превзойти научно-техническую подкованность Гаарка. Все они подвергались опасности в равной степени, начиная с Эндрю и Ганса и кончая последним рядовым на передовой, но Чак… Заменить Чака не мог никто.

— Ну где ты там? — послышался голос изобретателя. — Иди сюда.

Джек посмотрел на Оливию, не зная, что ему делать.

— Доктор Вайс велел ему отдыхать после обеда, — пробормотала она.

— К черту доктора Вайса! — заявил Чак, услышавший эти слова. — У меня срочная работа.

Сокрушенно покрутив головой, Оливия спустилась с крыльца и направилась к скромному побеленному домику рядом с конструкторским бюро.

Джек вернулся в комнату и сел на стул рядом с письменным столом Чака.

— Как ты все-таки чувствуешь себя, если по правде?

Чак вздохнул и принялся разглядывать стоячие часы, тикавшие в углу комнаты.