Тоже заставил понервничать.

Как была в одежде я проспала всю ночь и проснулась от того, что мне стало невыносимо жарко. В окно уже бил утренний свет. Захотелось подняться, но я оказалась прижата к кровати обездвиженным телом. Попробовала выползти из-под него, но ничего не вышло. Я будто букашка, придавленная к столу человеческим пальцем ничего не могла сделать.

Я сразу поняла, что это был Илья, хоть и не могла его хорошо рассмотреть. А еще было сложно не заметить, что он вернулся ночью в стельку пьяный. Во-первых, об этом говорил соответствующий запах, которым пропиталась вся комната. Так и чесались руки открыть окно и проветрить. А, во-вторых, будь он трезв, то заметил бы меня.

Я еще некоторое время пыталась оттолкнуть от себя беспробудное тело, но это так и не дало никаких результатов. Закатив глаза, лежала и думала, что делать дальше. Вот только тело предательски откликалось на близость Ильи, да и любящее сердце разрывалось от желания прижаться к нему ближе. Хотя. Куда уж ближе!

Руки словно жили своей жизнью, обняли его, прошлись по спине, направляясь вверх и нырнули в темные густые волосы парня. Я даже глаза закрыла от удовольствия, отключая все мысли и давая волю только чувствам. И лишь губы пощипывало от нехватки поцелуя.

В этот момент из груди Ильи вырвался тихий стон. Он завозился на кровати, подминая меня для удобства. Но, вдруг, замер. Повернул голову так, что мы чуть не столкнулись лбами. Брови его еще мгновение были нахмурены и взгляд затуманен. Но потом он часто заморгал и, поняв, что я не исчезну, сразу встал.

– Это и вправду ты? – удивленно и недоверчиво глядя на меня, спросил. – Ночью, когда тебя увидел, подумал, что это мираж. Извини, с друзьями вчера перебрал. Если бы я знал… но даже не надеялся, что ты сама приедешь.

Он запустил руки в волосы, туда, где еще недавно были погружены мои пальцы. Он говорил и говорил, мечась из одного конца комнаты к другому.

– Ты вернулась ко мне? – спросил он тихо.

Я поджала губы и кивнула.

– Если ты этого еще хочешь, – так же тихо ответила.

– Я этого хочу больше всего на свете. Я ради тебя все бросить готов. Честно! – Он подскочил к кровати, на которой я все еще сидела, подтянув колени к груди. Илья рухнул рядом на колени. – Я поговорил с Гариком вчера перед концертом. Сказал, что если он не примет мои условия, я разорву контракт. Он долго ругался и возмущался. Но в итоге пошел на уступки. Я больше не хочу тебя скрывать. Пусть весь мир знает, что мы вместе.

– Серьезно? Ты был готов лишиться карьеры, лишь бы быть со мной? – спросила, удивленная этим заявлением.

– Ты так до сих пор и не поняла? – горько усмехнулся он.

– Чего не поняла? – нахмурив брови, уточнила.

– Того, что работа давно уже отошла на второй план. Как раз с тех пор, как ты появилась в моей жизни.