Схватила в руки блокнот, чтобы занести последние изменения в элементах. И направилась к нашему администратору. Уже почти достигнув двери, оторвала взгляд от записей и тут же уставилась на стоящего в проеме Илью. Его глаза светились лихорадочным светом, будто ощупывая меня с ног до головы.

– Ты? – выдавила я, хмуро посмотрев на него.

– Аня! – услышала я в ответ тихое, будто а этом слове заключалось что-то важное.

Изо всех сил, собрав волю в кулак, я оттолкнула его. Выгнала, не желая ничего слушать. Слишком яркими еще были воспоминания о его предательстве. Вот только сердце кровоточило все сильнее.

Мысли рвали меня на части. С одной стороны, моя слабая влюбленная в этого нахала часть, была готова его простить и кинуться в его объятья. А вот другая возвела между нами гранитную стену, не желая слушать и верить в то, что он говорит.

Снова все встало с ног на голову. С тех пор, как Илья приехал, я места себе не могла найти. Хотела, чтобы он вернулся обратно и не понимала, что делает в моем городе. Целую неделю он не давал мне прохода, но сегодня его не оказалось ни у моего подъезда, ни у дверей в студию. Я даже стала озираться по сторонам, не обнаружив его.

Но он так и не появился. Пусть я и хотела, чтобы он уехал, радости мне это не принесло. Даже наоборот. Настроение испортилось. Ни танцевать, ни репетировать, ни придумывать новые партии желания не было. На связь Илья тоже не пытался выходить. Я знала это, потому что разблокировала его номер.

Я даже стала переживать, не случилось ли с ним что-то. Но позвонить самой мне не позволяла гордость. Поэтому злость и обида бушевали в моей душе, борясь с тревогой за человека, которого я все еще любила.

Спустя пару дней я увидела его в одном из музыкальных шоу, где он извинялся перед фанатами за долгое отсутствие и объявил о предстоящем концерте. В тот момент я хотела разбить этот телевизор, швырнув в него пультом. Но, выйдя на морозный воздух, слегка остыла.

«И о чем я только думала, надеясь, что он все бросил ради меня? Он просто отдыхал перед концертом, вот и все. Пора выкинуть его из головы и перестать о нем думать. Нужно оставить этот период своей жизни позади и двигаться дальше.» – говорила я сама себе.

Вот только сделать сложнее, чем сказать. Сколько бы я себя ни уговаривала не думать о нем, ничего не получалось. С тех пор, как он уехал, у меня словно руки развязались. Снова и снова я перелопачивала интернет, ища информацию об Илье.

Теперь я знала, что он после моего отъезда попал в больницу и даже несколько дней был без сознания и даже впоследствии потерял голос. Врачи не выпускали его из больницы, боясь за его состояние. Значит поэтому он не приехал раньше? Не потому что был занят более важными делами. Просто физически не мог этого сделать. И я узнала все это, когда он уехал.