Она упала на пол, как мешок с камнями.

— Думаешь, ты можешь так со мной разговаривать? — Папа зарычал, сердито глядя на маму сверху вниз. — Ты худшая из всех, гребаная шлюха!

Джоуи потребовалось всего две секунды, чтобы вернуться ко всему, что он только что сказал, потому что его руки взметнулись, когда он грубо оттолкнул папу от нее. — Убери свои гребаные руки от моей матери. — Он снова сильно толкнул его. — Не прикасайся к ней! — Присев, Джоуи попытался поднять маму на ноги. — Мам, пожалуйста.. — Его голос дрогнул, когда он опустился на колени и убрал волосы с ее лица. — Просто уходи от него. — Он обхватил ее лицо своими окровавленными руками. — Мы что-нибудь придумаем, хорошо? Мы разберемся с этим, но мы не можем оставаться здесь. Я позабочусь о тебе…

— Кем, черт возьми, ты себя возомнил? — Папа угрожающе взревел, бросаясь на Джоуи. — Думаешь, ты все знаешь, парень? Думаешь, ты лучше меня? — Обхватив Джоуи сзади за шею своей огромной рукой, он заставил его опуститься на колени. — Думаешь, ты сможешь забрать ее у меня? Она никуда не денется! — Папа надавил сильнее, прижимая Джоуи лбом к кафельному полу. — Я говорил тебе, что научу тебя хорошим манерам, неблагодарный маленький ублюдок. — Он надавил коленом на поясницу Джоуи, делая его беспомощным. — Думаешь, ты теперь мужчина, мальчик? Покажи своей матери, что ты за человек, плача на коленях, как маленькая сучка.

— Прекрати! — Мама закричала и схватила отца за плечи. — Слезь с него, Тедди.

— Я больше мужчина, чем ты, — прошипел Джоуи приглушенным голосом из-за силы, с которой ему приходилось держаться под нависшим над ним весом нашего отца.

— О, ты так думаешь? — Папа схватил Джоуи за волосы, отвел назад, а затем ударил его лицом о плитку. — Ты кусок дерьма, парень.

Выплюнув полный рот крови, Джоуи снова уперся руками в плитку и приподнялся, отчаянно пытаясь, но безуспешно, вырваться из хватки нашего отца, продолжая биться лицом о плитку. Звук хруста костей заполнил мои уши, а желудок скрутило, но Джоуи отказался сдаваться. — Это все, что у тебя есть? — Он оскалил зубы, кровь блестела на белом фоне, когда он рычал и яростно отбивался от папиной хватки. — Ты теряешь хватку, старик!

— Отстань от него! — Мама продолжала кричать, дергая папу за плечи. — Тедди, ты убьешь его!

— Хорошо! — Папа взревел, отбрасывая руку назад и снова отталкивая маму. — И ты следующая, шлюха-перебежчица!

Дрожа всем телом, я попыталась что-нибудь сделать, но не смогла.

Я не могла заставить свои конечности пошевелиться.

У меня внутри не осталось сил подняться.

Годы жестокого обращения вперемешку с только что полученными побоями довели меня до того, что в шестнадцать лет я не могла стоять на своих ногах.