Сторона Линча устроила ужасные неприятности из-за организации похорон в нынешнем виде, придав большое значение семейному заговору и потребовав, чтобы их обоих похоронили вместе. Даррен зашел слишком далеко, настаивая на кремации нашей матери, прежде чем позволил поместить ее к себе, прежде чем мистер Кавана вмешался со своим бумажником и организовал похороны моей матери на ее собственном свежем участке. Мои родители разделили бы службу и кладбище, но, по крайней мере, она могла бы наконец упокоиться с миром.

— Мы почти на месте, — прошептала я на ухо Джоуи, когда одна из сестер нашего отца особенно громко заплакала, когда священник окропил святой водой гробы наших родителей.

 — Еще немного, и мы закончим.

Джоуи натянуто кивнул, ни на секунду не отрывая глаз от фотографии мамы, которая стояла на крышке ее гроба.

Дрожа, я откинулась на спинку сиденья, ища утешения в руке, просунутой под спинку моего сиденья и поглаживающей мой бок. В глубине души я знала, что единственная причина, по которой мне удавалось держать себя в руках, — это мальчик, который сидел на скамье прямо за моей. Каждый инстинкт внутри меня требовал, чтобы я перелезла через скамью и нашла утешение в объятиях своего парня, но я держалась твердо, оставаясь сильной ради своих братьев.

Когда месса закончилась и семья моего отца встала, чтобы вынести его гроб из церкви вместе со вторым священником на алтаре, я наклонилась и крепко сжала руку Джонни, нуждаясь в этой связи, чтобы набраться достаточно мужества и стоять на своем. Все шестеро из нас остались сидеть и отвернули головы, отказываясь смотреть, как убийцу нашей матери отталкивали его друзья и родственники.

Эмоции, которые я отчаянно пыталась подавить, взяли надо мной верх, и болезненный всхлип вырвался из моего горла, но затем я почувствовала, что он стоит прямо у меня за спиной.

Я услышала слова ""Ты можешь это сделать"" у себя над ухом, когда его губы коснулись мочки моего уха. Уткнувшись носом в мою щеку, он прошептал: — Я обещаю.

Дрожа, я кивнула и прижала его руку к своей груди, сжимая ее так крепко, что ему, должно быть, было неудобно — ему явно пришлось опуститься на колени позади меня, чтобы обнять меня, — но я физически не могла его отпустить. Не тогда, когда я уже так много потерял сегодня.

Наконец, когда он ушел, и настала очередь нашей матери выходить из церкви на плечах, я наблюдала, как Даррен и Джоуи поднимаются на ноги. Все плакали позади нас, громко всхлипывая, когда двое старших детей моей матери осторожно достали ее фотографию из гроба и передали отцу Маккарти, прежде чем свернуть покрывало и вернуть его ему тоже. Но потом Даррен и Джоуи просто стояли там, уставившись на гроб нашей матери, выглядя совершенно потерянными, и по их щекам текли слезы.