В его руке были листы, которые он передал почему-то Ромычу.

— Да вы издеваетесь! Арни, ты что, с этим психом, якобы моим другом, заодно? — взревел я, уже переставая контролировать своего дракона, который и так находился в заведенном состоянии и эмоциональном напряжении.

Дядя нахмурился. Было видно, что он не в духе. Пока Ромыч изучал документы, Арни подошел к панорамному окну, заложил руки за спину и молча смотрел на огни вечернего города. Спустя минуту, услышав ругательства Ромыча, он повернулся и сложил руки на груди, прожигая моего друга гневным взглядом.

А я рассмеялся. Все же Ромыч нажил себе еще одного врага.

— Я был уверен, что что-то обнаружится, — Ромыч согнулся на диване и запустил руки в волосы, нервно проведя по ним, а потом виновато посмотрел на дядю и меня.

Я злобно сверкнул глазами.

— С чего ты вообще решил, что Макса одурманивают? — дядя, несмотря на недовольство, все равно решил разобраться в ситуации.

Ромыч начал излагать ему такой бред, что мне даже не снился. Он при этом припоминал все мои грешки и не всегда джентельменские расставания с девушками.

— Это здесь каким боком? — снова зарычал я и дернулся. — Ты еще расскажи, что я с ними в постели делаю. Какого драного дракона, Ромыч?

— Что, говоришь, сказала эта… Рина? — как ни странно, Арни заинтересовался словами человечки.

Только я вспомнил о ней, так сразу мой гребаный дракон облизнулся. Да, она была вкусной, но не более того. Я даже повторил бы, только вот Марго не вовремя вернулась. А я слишком давно не видел ее.

— Она почувствовала запах… — ответил Ромыч и начал просвещать Арни в свой очередной бред.

— Ты тупица, Ромыч, — подвел я итог беседе, и дядя согласился со мной.

— Да. Определённо, твой друг не блещет умом. Скорее всего, она говорила о парфюме. Надо проверить. Если то, что говорила эта Рина, правда, то у нас вырисовываются большие проблемы, — подвел итог Арни.

— Ясно. Психоз — это заразно. Меня кто-нибудь вообще собирается развязывать? Я жрать хочу и пить.

— Потерпишь. Мы еще не закончили, — безапелляционно заключил дядя. — Твое поведение и мне не нравилось в последнее время.

— Да тебе-то откуда знать? Ты два года как в Штатах пропадал, — я снова дёрнулся.

— Но это не значит, что я за тобой не присматривал.

— Да ты чокнулся! — выругался я.

— Я не хотел, чтобы с тобой случилось то же самое, что и с родителями.

— Это был несчастный случай, — холодно проговорил я, не желая вспоминать семейную трагедию.

Но дядя будто и не слышал меня.

— Ты — все, что осталось у меня от семьи. Поэтому, если твоему другу показалось, что на тебя оказывают влияние, то я это проверю.

— Проверяйте. Только потом выметайтесь из моей квартиры. И развяжите, наконец.

— Роман, будь добр, — дядя посмотрел на моего друга.