Но, разумеется, мы об этом ничего не знали и не слышали. Видимо, у наших «молодых», по их заверениям, еще конфетно-букетный период, до постели еще нужно друг друга хорошо узнать, бла-бла и прочая ерунда. Но кто мы такие, чтобы мешать брачным играм драконов?

— Рина! Там… там, кажется, началось? — Ангелина была не на шутку испугана, воодушевлена и обеспокоена одновременно.

Странное сочетание эмоций, но по-другому ее состояние я не смогла бы описать.

— Что началось, Геля?

— Па-а-ап! — с улицы раздался истошный крик Лео, что заставил меня похолодеть.

Я выбежала из кабинета, где заполняла карточки рецептов, и побежала следом за Гелей. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а моя драконица рвалась наружу и грозилась всех разорвать, если с нашим ребенком что-то случилось.

Как миновала участок и оказалась на заднем дворе собственного дома, я даже не заметила, а затем прижала ладонь к губам, чтобы не напугать ребенка, которого Макс аккуратно укладывал на траву в центре участка. Арнольд был неподалёку, как и Нинель, которая обхватила себя руками и наблюдала за внуком.

Я не стала больше мешкать и подбежала к своему мальчику, потрогав его голову и констатируя высокую температуру тела, а затем дотронулась до тонкой, подрагивающей руки Лео и сосчитала пульс. Но не успела убрать руку, как Макс схватил меня за плечи и рывком оторвал от сына. Я толкнула его и поспешила освободиться, но тот держал крепко.

— Отпусти! Мне нужно к сыну! — зашипела на него я, хотя, честное слово, хотелось закричать, но пугать и так испуганного ребенка не следовало.

— Зачем? Рина, успокойся. Это первый оборот. Мы все через него проходили. Главное, не мешать, — тихо, но рокочуще сказал Макс, а в его голосе послышалось рычание дракона.

Теперь они с Максом были единое целое и смотрели на мир одними глазами.

— Я должна всё проконтролировать и посмотреть, чтобы все косточки встали на место, чтобы не было потом проблем, и он не боялся последующих болезненных оборотов. Ты вообще хоть знаешь, чем может быть опасен первый неправильный оборот? — я со всей силы наступила ему на ногу.

Охнув, Макс сначала выпустил меня, но тут же сграбастал в свои объятия.

— Успокойся, я тебе сказал. Иногда я жалею, что ты не просто женщина, а врач. Побудь сейчас просто матерью и поверь, всё у Лео произойдет правильно и без сопутствующих проблем, — проворчал Макс, крепко прижав мою спину к своей груди. — Иногда знания — зло. А в твоем случае тем более. Я чувствую, что все идет как надо.

— Я, быть может, тоже хочу всё чувствовать. Но лишена от природы, как и все женщины, способности понимать, правильно ли проходит первый оборот ребенка. А ты даже не даешь обследовать его. Я что, зря училась?

— И правильно, что лишена. Доверься мне… нам.