Голова болела так, что еще пару минут, и я начну клясться, что пить никогда и ничего не буду всю оставшуюся жизнь.

– Нестерова, где мой завтрак?

– У тебя дома. Отвали Лавров. Голова болит, – я почти застонала в голос, перевернувшись на спину.

– Не хрен столько пить. Вставай, – блин он уймется или нет…

– Ксюша, а ты не охр*нела ли? Ты мне задолжала, как минимум, завтрак.

– Пусть тебя Таня завтраками кормит.

– Значит, как что, так «Денис останься», а завтракать – к Тане иди. За*бись устроилась. Поднимай свой зад, – зарычал Денис, в наглую стаскивая с меня одеяло.

– Ну приготовь себе сам. Кухня в твоем распоряжении!

– Я завтраки себе не готовил уже лет так десять, если не больше. Ксюша, твою мать, вставай.

– Никогда не поздно начать, – пробурчала я, снова залезая под подушку. Громко матерясь, Лавров начал греметь чем-то на кухне. Хоть бы аспирина принес, изверг голодающий.

– Нестерова, да у тебя в холодильнике мышь повесилась! Чем ты вообще питаешься?

– Ну, так съешь мышь! Лавро-о-о-о-ов, ну отстань от меня, башка трещит!

– Бухать вчера не надо было, дура! – вот скотина безрогая. Денис, бурча себе под нос заковыристые маты, снова ушел на кухню.

Я, полежав еще минут пятнадцать, встала и, превозмогая нереальную боль в висках, побрела в душ, по пути закинув в себя пару таблеток аспирина. Выйдя из ванной, меня встретил нереально вкусный аромат жареной картошки. М-м-м-м-м. Даже в животе заурчало.

Зайдя на кухню, обнаружила Дениса без рубашки, стоящего у стола и нарезающего хлеб. Мое сердце ухнуло куда-то в низ живота. Мы два раза занимались с ним сексом, но я впервые видела его с голым торсом. Плечо Лаврова украшала татуировка, заходящая краями на грудь.

Вторая рука тоже была украшена татуировкой от плеча до локтя. Вид перекатывающихся мышц и огромных татуировок заставил меня судорожно сглотнуть. Нельзя быть таким… бл*ть… мои мозги расплавились напрочь…

– Ты так и будешь стоять? – вывел меня из мыслей голос Дениса. – Может, хотя бы кофе сваришь?

Включив кофеварку, подошла к Лаврову, который уже сидел за столом и с аппетитом уплетал картошку прямо из сковороды. Забрав у него вилку, закинула пару кусочков картошки себе в рот.

– М-м-м-м-м, вкуснятина. Блин, Лавров, я с такими завтраками и влюбиться могу.

– И это будет твоя самая большая ошибка, – все с тем же серьезным выражением лица проговорил Денис.

– Даже нечего на это возразить, – ответила, разливая свежесваренный кофе по чашкам.

– Я тоже. Ешь молча. Не порти момент, – отпила горячий кофе из своей чашки.

– Нестерова, ты в курсе, что список твоих «косяков» невообразимо растет с каждым днем? – я лишь улыбнулась.

Потом зазвонил телефон Дениса.

– Да. Понял. Скоро буду, – бросив телефон на стол, он смачно ругнулся.