- Григорий! – мотнув головой, чтобы этим занялся кто-то из подчинённых, Марк предпочёл сконцентрировать внимание на мне.

С отвpащением отбросил прочь от меня мёртвое тело Серова, крайне аккуратно вынул из сведённых судорогой пальцев нож, попутно шаря сканирующим взглядом по окровавленной одежде, на что я снова хихикнула, но уже откровенно истерично. И доверительно сoобщила:

- Меня сейчас стошнит.

И я сдержала обещание, хотя Марк и успел перехватить поудобнее, чтобы меня не вывернуло ни на себя, ни на него. Правда в процессе успел задеть раненое бедро, и я взвыла вновь, но уже не от ярости, а от безумной боли, ?оторую, кажется, начала ощущать в полном объёме только сейчас.

Господи, больно-то как!

- Никогда… никогда больше не полезу под пули! – шипела сквозь слёзы, пока Волков, натянув первые попавшиеся брюки (принёс кто-то из парней) лично перетягивал мне рану, чтобы я не истекла кровью до приезда бригады скорой помощи. - Марк, делай, что хочешь, но чтобы ни одного живого врага у тебя больше не было!

- А нет их больше, - криво усмехнулся оборотень, закончив с перевязкой и притягивая меня к себе. Мы так и сидели на полу, чтобы не пачкать кровью диваны, хотя и перебрались поближе к окну и свежему воздуху, пока самые целые и стойкие прибирали следы чудовищной бойни, начав с Серова. - Вы убили последнего. - И

откровенно нервно возмутился: - И как только ума хватило?

- Он не оставил нам выбора, – шепнула тихо, чувствуя, как усталость и нервное перевозбуждение берут своё и у меня нет больше сил даже на то, чтобы держать глаза открытыми. – Он хотел забрать нашего ребенка. Он псих, представляешь… Самый настоящий псих. ?н такого нам рассказал…

- Я всё записала на диктофон, - подала голос Алеся, прикрывшая наготу пледом и дожидавшаяся медицинской помощи в кресле под присмотром сразу обоих братьев: Артема и Антона. – Не с самого начала, но основное точно.

И аккуратно указала подбородком (при первичном осмoтре у девушки обнаружили сотрясение,и это не считая рассеченной брови, выбитого зуба, сломанного носа и руки) в сторону дальнего угла, куда мужчины ещё не добрались с уборкoй. Один из оборотней сразу же поспешил в указанном направлении и обнаружил телефон. Передал

Альфе и в наступившей звенящей тишине зазвучал голос уже мёртвого

- …как раз родилась дочь…

Слушать откровения сошедшего с ума оборотня повторно было чуть ли не страшнее, чем в первый раз, но сейчас спасало тёплое плечо

Марка под щекой, хотя муж сидел настолько напряжённо, что ощущался не живым существом, a каменным.

Запись обрывалась на выстреле, когда Серов едва не убил Марину.