– Ну, так вот… – ничтоже сумняшеся продолжал излагать Алексей. – Если падшие ангелы не могут проникнуть в Рай, то кто же тогда в этом кровно заинтересован? Кто тысячелетиями выжидает, чтобы, по сицилийскому обычаю, подать свою месть холодной? И когда, спустя столько тысяч лет, вдруг представляется благоприятный случай, расправляется со своими жертвами – быстро, ловко и жестоко?

Габриэль беспомощно развел крыльями. С театральным эффектом выждав пару секунд, Калашников, приняв вид окончательного превосходства, постучал ногтем в раскрытый апокриф. Малинин, шатаясь, поднялся с пола.

Лоб Габриэля прорезали сразу две огромные морщины. Он сгорбился, сделавшись ниже ростом, руки его бесцельно блуждали по столу.

– Именно, – улыбнулся Калашников. – А теперь нам осталось сделать самую малость. Запросить в вашем же архиве, не отходя, так сказать, от кассы, данные по досье: кто именно из этих «дочерей», пребывавших в любовницах и женах ангелов, смог впоследствии попасть в Рай? Ведь, если верить библейским правилам, безгрешных женщин и детей здесь могут посвятить в ангелы, если у них присутствует такое желание.

Разве не так?

– Потрясающе, – умилился Габриэль. – Царевич говорил про вас правду.

– Я знаю, – небрежно заметил Калашников. – Давайте поищем архивную статистику состава ангельской колонии на Земле. У меня тоже мало времени. Сегодня я должен встретиться с женой, надо успеть хотя бы побриться.

– Согласен, – улыбнулся архангел. – Статистика у нас лежит в двух местах. Если мы сразу не найдем всю фактуру, что нам требуется, я отойду в другое крыло здания. Пролистаю архивы вручную, а вы меня тут подождете.

Габриэль тронул еле заметный рычажок на столе, один из шкафов в стене перевернулся – «изнанкой» оказалась огромная компьютерная панель с гигантской клавиатурой. Подойдя к ней, архангел, сверяясь с апокрифом Енофа, начал вбивать в строку поиска имя ангельской колонии на Земле…

Глава тридцать девятая

Ламифлю все-таки был найден в одной из тех самых двух аптек на Тверской – как и обещала убитая продавщица. Раэль страшно торопилась: прижимая к груди сумку с заветным препаратом, по дороге назад она не обратила внимание на красно-белые машины, сгрудившиеся у оплавившихся стен аптеки, наполовину состоявших из пластика.

Над развалинами курился едкий, вызывавший кашель токсический дым, огонь уже давно потушили. Думается, на данный момент граждане приняли это за обычный пожар, хотя милиция тоже наверняка приехала. Вероятно, выстрела в любом случае никто не слышал, а тело аптекарши настолько обгорело, что причину смерти установят нескоро. К тому времени они с Локки успеют отсюда слинять.

Локки, однако, никуда линять не собиралась.