У нее не осталось выбора, и, стащив из бабушкиной шкатулки остатки пенсии, четырнадцатилетняя Аня Горюнова отправилась на поиски новой жизни.

Поймали ее в Южно-Сахалинске, куда она каким-то чудом ухитрилась добраться. Бабушка выдрала ее ремнем, а подружки долго сочувствовали, слушая рассказы о том, что родственник, приехавший встретить Аню в Южно-Сахалинск, умер от сердечного приступа. В глазах четырнадцатилетних девчонок Анька стала героиней. Но своего решения уехать она так и не оставила. Те сутки, что Аня провела в Южно-Сахалинске, убедили ее, что действительно есть совсем другая жизнь, в которой обязательно найдется место и для нее.

Осталось только придумать, как именно туда попасть.

Кику появилась к вечеру, как обычно, даже не удосужившись позвонить.

– Тебе телефон для чего?

– Ой, не придирайся, я забыла, что ты трепетно относишься к своему времени! – отмахнулась Кику, сбрасывая туфли и плащ. – Но по субботам у тебя не бывает приемов, ты просто лежишь на диване и тупишь в потолок. Решила составить компанию.

Она действительно плюхнулась на диван в гостиной и сложила руки на груди, устремив взгляд в белоснежный натяжной потолок.

– Ну что ты? Присоединяйся! – скомандовала она через минуту и подвинулась к спинке.

– Я не хочу лежать. И вообще… Кику, тебе не кажется, что приличные люди сперва звонят? У человека могут быть планы…

– Ты говоришь как матушка, – фыркнула Кику. – Что такое приличия, по-твоему? Вот как по мне, так просто удобная отговорка, когда напрямую отказать неудобно, а хочется.

– Не все такие прямолинейные, как ты.

– И это, знаешь ли, очень затрудняет общение. Как вы живете, все время подбирая слова, боясь что-то не то сделать, не туда наступить? Не жмет такая жизнь? Все время в рамках! А ведь эти рамки у вас в головах, не более.

У вас – а вы стараетесь других в них загнать. – Кику села и поджала под себя ноги. – Вот скажи – тебе станет проще, если я начну звонить, спрашивать разрешения, выбирать слова, врать все время?

– Ну врать-то тебя кто просит?

– Да вы все и просите! Вам правда не нравится, она неприличная. Вы хотите в своем целлулоидном мире только гладкое видеть.

– Ты откуда слово такое знаешь?

– У меня богатый словарный запас, я кандидат наук, между прочим! Почему ты вечно как кактус – вроде цветешь красиво, а понюхать нельзя, колючки кругом? Не понимаю…

– Прекрати, Кику… совершенно нет настроения ругаться или что-то объяснять.

– Настроения, значит, нет… – протянула Кику, прищурившись. – А вино есть хотя бы?

– Ты сюда напиться приехала?

– В том числе, – абсолютно серьезно подтвердила она. – А заодно переночевать.

– Передоз у меня, боюсь сорваться. Пусть эта грымза одна в доме посидит, подумает.