Пройдя пару километров, Зверев остановился у табачного киоска, купил свои излюбленные папиросы «Герцеговина Флор» и наконец-то отыскал закусочную, где, по словам одного из прохожих, торговали местной выпечкой. Войдя в помещение, Зверев тут же пожалел, что это сделал.
За исключением чернявой буфетчицы, в зале находились двое пожилых людей – мужчина и женщина, которые, увидев Зверева, оживились. Эти поклонники кавказской выпечки, как выяснилось позднее, оказались семейной парой, уже вторую неделю проходящей лечение в «Эльбрусе». Мужчина, представившийся как Константин Григорьевич Пряхин, оказался пенсионером и коллегой Зверева, бывшим орудовцем из Казани.
Скрепя сердце Павел Васильевич подсел к новым знакомым. Он выпил полстакана вина, но от пирогов отказался. Пряхин завел все ту же беседу про его полномочия и про отравленного Глухова, а потом резко перешел к рассказу о себе самом, рассказал дюжину историй из своего прошлого, про службу в органах, после чего поведал о полученном в ходе несения службы ранении и прочих своих болячках.
Когда Зверев вернулся в «Эльбрус», на часах была уже половина второго, и Павел Васильевич тут же направился в столовую.
На этот раз за столиками было много свободных мест, видимо, часть отдыхающих еще не явилась, сцена, на которой накануне выступали артисты, также пустовала.
– Здравствуйте. – Зверев сел на свое место.
Девушка кивнула, продолжая есть. Вслед за этим возле него появилась одна из официанток и выставила перед майором тарелку щей, котлету с картошкой и капустный салат. Когда официантка удалилась, Зверев поинтересовался:
– А где же ваша подружка? Надеюсь, мы ее скоро увидим?
Девушка вздрогнула, как будто он сказал что-то страшное:
– Она мне не подруга!
– Нас просто поселили вместе.
– А я думал, вы вместе приехали. – Зверев принялся за салат. – У меня возникло впечатление, что Агата москвичка, я прав?
– Вы очень догадливы…
– Из Новограда-Волынского.
– Простите, не слышал. Где это?
– Житомирская область.


















Комментарии
Добавить комментарий