На это Ставрос обрадовался и заявил, что если мы не станем голыми руками ковыряться в костях, перекладывая их с места на место, и убережемся от укусов насекомых и грызунов, то грозить нам ничего не должно. Умений Эдварда и его магов вполне должно хватить, чтобы нас обезопасить.

Этим они и занялись.

Расчистили то, что осталось от беседки, обнаружив под ней обгоревшую дверь, после чего Эдвард открыл ее моим ключом и попросил всех отойти.

Долго и старательно – он и его два мага попеременно – чистили воздух. Если внутри и обитали грызуны или же насекомые, способные переносить бактерии чумы, то они должны были либо погибнуть, либо забиться в такие щели, откуда слишком быстро было и не выбраться.

После этого, вооруженные магическими светлячками, мы все-таки спустились в склеп. Я тоже пошла, хотя мне пришлось серьезно постараться, чтобы получить разрешение жениха.

Всю дорогу объясняла Эдварду – да, наврала ему, что прочла это в сгоревших в Вардене книгах, – что у меня должен быть иммунитет к этой болезни и что чума мне не страшна так, как, например, ему или его людям. И все потому, что этот самый иммунитет мы с Артуром должны были получить с молоком матери – ведь Ингрид Дюваль переболела чумой в детстве.

Про антитела говорить Эдварду не стала, решив, что с него хватит и иммунитета.

Правда, он не спешил слишком быстро мне верить, но я все же его уломала, после чего, миновав десять ступеней, оказалась в подземном склепе Дювалей.

Внутри пахло Огненной магией, никакого другого запаха я не почувствовала. Костей и разлагающихся трупов тоже нигде видно не было – судя по всему, либо гробы, либо урны с прахом маминых предков намертво замурованы в стены, так что опасались мы совершенно зря.

Зато на полу стояли составленные друг на друга ящики – двадцать, нет же, даже больше!.. Эдвард открыл ближайший к нему, вырвав две доски, и показал мне золотые монеты.

Чуть в стороне стояли другие ящики – они были сделаны из железа, а на них оказались замки, которые его маги тут же сбили. Внутри – я нисколько в этом не сомневалась и ни в чем не ошиблась – были бумаги партии.

То есть архив Лилий.

Но искала я совсем другое. Нашла – инкрустированный драгоценными камнями ларец, притулившийся в одной из ниш по соседству со старыми, оплавленными свечами. На миг прижала к себе, борясь с искушением…

Впрочем, победила его с легкостью.

– Вот здесь, – сказала я Эдварду, протянув ему ларец, – хранятся бесценные сокровища Арвейна. – У меня даже была опись, которую перед отъездом все-таки всучил мне Шерц, давно уже понявший, что ему придется довольствоваться только пятью процентами. Но он все еще надеялся… – Думаю, король Хуго будет рад тому, что ты их вернешь.

– Ты их вернешь, Лорейн! – улыбнувшись, заявил мне Эдвард.