Они стояли в маленькой, пропахшей сыростью прихожей, из которой выходили три двери; справа виднелся лестничный пролет. Открыв одну из дверей, старушка нажала на кнопку выключателя, и взгляду Джоанны предстала комната, полная стоящих друг на друге деревянных ящиков наподобие тех, в которых обычно перевозили чай. Посреди комнаты втиснулась узкая кровать с ржавой железной спинкой, у стены среди ящиков пристроилось старое кресло. От висящего в воздухе запаха мочи у Джоанны скрутило же– лудок.

Старушка подошла к креслу и опустилась в него со вздохом облегчения, потом указала на перевернутый ящик возле кровати.

– Таблетки… Подай, пожалуйста, мои таблетки.

Осторожно пробравшись среди ящиков, Джоанна взяла с пыльной поверхности пузырек с лекарством. Инструкция по применению оказалась написана по-французски.

– Спасибо. Две, пожалуйста. И воды.

Джоанна протянула ей стакан воды, стоявший на том же ящике, отвинтила крышку пузырька и вытряхнула две таблетки в дрожащую старческую руку. Женщина тут же сунула их в рот. Ну что, теперь можно уйти? Зловоние и мрачная атмосфера комнаты действовали на Джоанну угнетающе.

– Вам точно не нужен врач? – поинтересовалась она.

– Совершенно точно. Спасибо. Я прекрасно знаю, что со мной, милая. – Губы женщины скривились в легкой улыбке.

– Ну что ж, мне нужно вернуться на службу. Я должна написать статью для газеты.

Сейчас, когда голос женщины звучал ровно, в речи стал заметен изысканный акцент, выдававший уроженку Англии.

– Да, из «Морнинг мейл». Хотя работаю там совсем недавно.

– Как тебя зовут, милая?

– Джоанна Хаслам. – Она указала на ящики. – Вы переезжаете?

– Ну да, можно и так сказать. – Женщина застывшим взглядом голубых глаз уставилась в пространство. – Я здесь не задержусь. Возможно, и правильно, что все так заканчивается…

– Что это значит? Если вы больны, давайте я отвезу вас в больницу.

– Нет-нет, это уже не поможет. Ступай, моя милая, возвращайся к своим делам. – Старушка закрыла глаза.

Джоанна по-прежнему не сводила с нее взгляда. Пару мгновений спустя женщина тихонько захрапела.

Несмотря на гнетущее чувство вины, Джоанна больше не могла выносить тягостную атмосферу этой комнаты. Стараясь не шуметь, она выбралась из дома и бросилась обратно к такси.

Когда девушка вернулась в Ковент-Гарден, поминальная служба уже закончилась. Лимузин семейства Харрисон уехал, лишь несколько приглашенных все еще топтались возле церкви. Да, утро явно не задалось, и настроение Джоанны испортилось окончательно. Она задала оставшимся гостям несколько вопросов, потом вызвала очередное такси и поехала домой.

Кто-то настойчиво давил на кнопку звонка, и его трель эхом отдавалась в больной голове Джоанны.