Словно почувствовав, что пора поднять ей настроение, Баджер стрелой выскочил из зарослей вереска и бросился к Кейт, пачкая ей юбки своими грязными лапами, обнюхал разложенные закуски, а потом принялся тыкаться в ее руки восхитительно прохладным носом.

Вскоре появился Торн, но не стал прыгать вокруг нее и тыкаться прохладным носом, чем весьма разочаровал.

Тетушка Мармозет похлопала Кейт по плечу.

– Вон в той стороне стоит потрясающе красивая церковь. Я обратила на нее внимание, еще когда мы добирались сюда, но не знаю, в честь кого она. Будь лапочкой, Кейт, удовлетвори мое любопытство. А вы, капрал Торн, соблаговолите обеспечить даме эскорт.

Кейт улыбнулась, радуясь представившейся возможности прогуляться, и, поднявшись, сунула в карман несколько кусочков мяса для Баджера. Втроем они через поле двинулись в направлении церкви, а когда отошли на расстояние, когда их уже не могли услышать, Кейт осторожно заметила:

– Немного общительности вам бы не повредило, как мне кажется.

Торн сердито фыркнул:

– Никогда не стремился стать душой компании.

Что ж, вполне откровенно, подумала она.

– Почему вам так не нравятся Грамерси?

– Моя цель – оберегать вас. – Обернувшись через плечо, он посмотрел на группку людей, расположившихся для пикника. – Что-то с ними со всеми не так.

– Да, они весьма необычны, но это лишь проявление эксцентричности. Именно это делает их такими забавными, интересными и милыми. Именно это дает надежду на то, что они примут и полюбят меня. Для них семейные узы намного ценнее скандалов, ссор и традиций. И лишь из-за того, что они кажутся немного странными, я не вижу причин их в чем-либо подозревать.

– А я вижу. Я не доверяю ни им, ни их сомнительным историям.

– Почему? – Ей стало обидно, и чем больше она волновалась, тем быстрее шла. Они уже почти добрались до церкви, Баджер бежал рядом. – Только потому, что вы не верите в мое родство с лордами и леди?

Торн резко остановился, обернулся и напряженно глянул на нее.

– Если бы весь этот год я не считал вас леди, то, уверяю, у нас все сложилось бы по-другому.

Ее лицо вспыхнуло, прочие части тела тоже охватило жаром. Она уже несколько дней стояла так близко к нему и не смотрела в эти глаза…

Сейчас до нее вдруг дошло, что, при полном отсутствии аристократических манер и знания этикета, Торн в своей тщательно подогнанной форме всегда выглядел безукоризненно. Впрочем, и сегодня, в бриджах и простом черном сюртуке, плотно облегавшем широкие плечи, он смотрелся весьма элегантно: никакой вычурности и манерности, только аккуратность. Создавалось впечатление, что даже материя не смела мяться на его теле, не говоря уже о том, чтобы хоть одна пуговица выступила из ровной линии или пылинка упала на сапоги, начищенные до ослепительного блеска.