Теперь Марианна была даже выше молодого мужчины, и лукавая улыбка превосходства мелькнула на лице девушки, вытесняя смущение.

Сам Савелий тяжело дышал, точно хищник, втягивал носом пьянящий аромат своей долгожданной жертвы.

Маша скользнула пальцами в волосы, погладила мужской затылок. А Савва понял, что еще пару секунд - и в его жизни случится непоправимый конфуз.

Шумно выдохнув, Савелий на миг прикрыл глаза, заставляя собственное тело успокоиться. Взять секундную передышку.

Но Машка, не была бы Машкой, если бы сейчас промолчала.

- Взялся за грудь - говори что-нибудь, - пробормотала Марианна, глядя на мужскую ладонь, лежащую на лифе ее платья.

- Машка! - простонал Савелий. - Ты вредная выдра!

- Я не виновата! - возразила Марианна. - Оно само как-то!

- Все равно вредная! - пробормотал Савелий, понимая, что от близости девушки, от ее доверчивости, от того, как девичье тело вздрагивает, реагируя на его прикосновения, его внутренние предохранители взорвались, а на свободу вырвалось дикое желание обладать этой красивой женщиной.

Он честно пытался замедлиться, как-то сгладить рваные движения рук, пробиравшихся под тонкую ткань платья.

Но все попытки оказались провальными, как только Машка предстала перед ним в одном лишь кружевном белье.

Кажется, он умрет, если не попробует вкус ее кожи с тонким ароматом духов и чего-то сладкого, вкусного, пьянящего точно дорогое вино.

Он не мог устоять. Почти набросился на девичье тело, прижимая, поглаживая, прикусывая, и тут же, словно извиняясь, целуя нежную кожу.

А Машка предпочла забыть обо всем на свете. Перед ней был молодой человек, который ей безумно нравился, от мыслей о котором хотелось жмуриться, или же придушить самого Бармалеевича голыми руками.

Он то бесил ее жутко, то выводил из равновесия, то поражал.

Но, разумеется, это была не любовь. Нет, конечно же, нет.

Влечение - да. Притяжение - да. Любовь - нет. Машка бы поняла, что влюбилась. Определенно поняла бы.

Платье улетело за кровать. Туда же отправились мужской пиджак и рубашка.

Савва прижал широкие ладони к девичьему животу, заставляя Машу лечь на спину. А в следующее мгновение буквально набросился на желанное тело.

Марианна и сама не заметила, как оказалась под крепким мужским телом. Она шумно и рвано дышала. Мысли путались. А смущение испарилось. Машке хотелось быть ближе. Хотелось прижаться всем телом к смуглой коже молодого человека.

Машка задохнулась от откровенных прикосновений. Она никогда не думала, что может чувствовать так. Она словно шла по неизведанной территории, боялась каждого шороха, боялась демонов, прятавшихся в тени.

- Савушка! - выдохнула Машка по слогам, извиваясь в умелых и опытных руках.