"

"— Будь тридцать девятый или хотя бы сороковой год, можно было и не учить, — объяснял КИР. — Мало ли, в командировку человек приехал из Москвы, Ленинграда или даже Иркутска. Обычное дело. Но сейчас, в августе сорок первого, не обойтись.

— Почему?

— Потому что мы, считай, в глубоком тылу. Немецком. А немцы сейчас заигрывают с ОУН и кормят их надеждами на создание собственного украинского националистического государства. Так что здесь, на Житомирщине, и вообще по всей Украине, которая под немцами, оуновцы вовсю хозяйничают. Особенно мельниковцы.

Максим, конечно, знал историю свой Родины, включая историю украинского национализма, принесшую столько бед и крови.

Однако без подробностей.

— Напомни, кто такие мельниковцы?

— Такие же украинские нацисты, антисемиты и русофобы, как и бандеровцы. Только вид сбоку. ОУН расколото на две фракции, которые враждуют друг с другом. У одной лидер Степан Бандера, у другой — Андрей Мельников. Сейчас здесь хозяйничают мельниковцы. Но им недолго панувати [6]. Уже к концу года немцы возьмут их за жабры и отстранят от любой власти. Оставят только полицейские силы.

— Слишком много воли захотят?

— Да.

Господин должен быть один. И этот господин — немец, ариец. Как бы то ни было, русский язык сейчас на этой территории не приветствуется. В органах власти так и вовсе запрещён. Газеты и всякие листовки и воззвания тоже только на украинском. Газет, правда, совсем мало. Но они есть.

— Учту. Что с линией фронта?

— Группа немецких армий «Юг» вышла к Днепру на всём течении от Херсона до Киева. Показать карту?

— Давай.

На обзорном экране возникла карта с линией фронта и стрелами направлений ударов. Синими — немецкими, красными — нашими.

Синие довлели.

— Группа армий «Центр», наступая севернее припятских болот, продвинулась до Смоленска, — вещал КИР, используя яркий белый курсор вместо указки. — Передовые части 1-й танковой армии под командованием генерал-полковника Эвальда фон Клейста перешли Днепр у Запорожья. После упорных боёв была также захвачена понтонная переправа в Днепропетровске. Одновременно 17-й армии вермахта удалось форсировать Днепр у Кременчуга и создать плацдарм на левом берегу реки до Черкасс. Вот здесь. 6-я армия вплотную подошла к Киеву.

— Кошмар, — сказал Максим-Николай.

— Давненько я не заглядывал в эти карты. Успел уже подзабыть, как хреново шли у нас дела летом сорок первого.

— То ли ещё будет, — пообещал КИР. — В сентябре в окружении, а затем и в плену окажется 5-я, 21-я, 26-я и 37-я советские армии вместе со всем управлением Юго-Западного фронта. Всего более шестисот тысяч человек. После этого падут Крым и Донбасс. Киев, само собой, падёт ещё раньше — девятнадцатого сентября.

— Эх, вот бы этому помешать. А, КИР?

— Невозможно, и тебе это прекрасно известно.