Она пересекла комнату, вырвала сигару из моей руки и опустила ее в полупустой стакан с водой на столе, не сводя с меня глаз.

— Я понимаю, что вы, вероятно, привыкли делать все, что вам заблагорассудится, но это крайне невежливо — улизнуть во время званого ужина и курить в кабинете хозяина. — Ее изящные черты лица напряглись. — Пожалуйста, присоединяйтесь к нам в столовой. Ваша еда остывает.

— Это моя проблема, а не ваша. — Я откинулся назад. — Почему бы вам не присоединиться ко мне на перерыв? Обещаю, это будет приятнее, чем выжимание рук твоей матери по поводу цветочных композиций.

— Судя по нашему общению, я в этом сомневаюсь, — огрызнулась она.

Я смотрел, как она глубоко вдохнула и выдохнула одним длинным, контролируемым выдохом.

— Я не понимаю, почему вы здесь, — сказала Вивиан, ее голос стал спокойнее. — Ты явно недоволен нашим соглашением, тебе не нужны ни деньги, ни связь с моей семьей, и ты можешь иметь любую женщину, какую захочешь.

— Могу ли я? — пробурчал я. — А что, если я захочу тебя?

Ее пальцы сжались в свободные кулаки.

— Ты слишком мало себе доверяешь. — Я встал и обошел вокруг стола, пока не оказался достаточно близко, чтобы видеть пульс, трепещущий на ее шее. Насколько быстрее он будет биться, если я намотаю ее волосы на кулак и оттяну ее голову назад? Если бы я целовал ее до синяков во рту и задирал юбку, пока она не стала бы умолять меня трахнуть ее?

Тепло пробежало по моему паху.

Мне не хотелось трахать ее, но она была такой чопорной и правильной, что умоляла о разврате.

Тишина была оглушительной, когда я поднял руку и провел большим пальцем по ее нижней губе. Дыхание Вивиан участилось, но она не отстранилась.

Она смотрела на меня полными непокорности глазами, а я не спеша исследовал пышные изгибы ее рта. Он был полным, мягким и тревожно соблазнительным по сравнению с чопорной формальностью остальной ее внешности.

— Вы красивая женщина, — сказал я лениво. — Возможно, я увидел вас на каком-то мероприятии и был так очарован, что попросил у вашего отца руки.

— Почему-то я сомневаюсь, что так все и было. — Ее дыхание пронеслось по моей коже. — Что за сделку ты заключил с моим отцом?

Напоминание о сделке убило чувственность момента так же быстро, как и появилось.

Мой большой палец задержался на центре ее нижней губы, прежде чем я опустил руку с тихим проклятием. Мою кожу покалывало от воспоминаний о ее нежности.

Я ненавидел Фрэнсиса за шантаж, но я не ненавидел Вивиан за то, что она была его пешкой. Так какого черта я делал, забавляясь с ней в его кабинете?

— Тебе следует задать этот вопрос своему дорогому отцу. — Улыбка прорезала мое лицо, жестокая и лишенная юмора, пока я восстанавливал свое самообладание. — Детали не имеют значения.