Мужчина лет под сорок с неподвижным стеклянным глазом оценивает мой первый шок и дружески улыбается:
— Свезло мне, боец. Только глаз потерял. Такую фигню и на гражданке можно вилкой получить.
Я завидую неунывающему мастеру. Вот как надо относиться к жизни в военное время.
Мастер подмигивает живым глазом и подтверждает:
— Руки целы, голова на плечах, что еще надо для любимого дела. Только твой телефон, боюсь, не жилец.
— Мне бы данные восстановить. Хотя бы сообщения.
— Это проще. Какая модель? — Мастер изучает разбитый дисплей, вертит в руках телефон. — Андроид. Отлично! Восстановим всё!
Он разбирает аппарат и объясняет:
— Симка цела.
Он копается в закромах и показывает телефон с наклеенным ценником. Я киваю:
— Чехол в подарок. Бронебойные, извини, разобрали.
— Когда подвезут? — живо интересуюсь я.
Мастер смеется во все зубы и в половину из двух глаз:
До меня постепенно доходит, что я не понял шутку.
Одноглазый умелец переставляет сим-карту, вводит команды и объявляет:
— Приложения скачал. Синхронизация завершается. Сейчас посмотрим сообщения.
— Я сам! — выхватываю телефон и расплачиваюсь.
— Далеко не отходи, боец. Тут сигнал хороший, — советует мастер. — Я помогу, если что.
Я волнуюсь, сердце колотится, палец подрагивает. Я не сразу попадаю в нужный значок. На фронте все общались через Telegram. Я отрываю «телегу» и просматриваю список чатов. Дату контузии я знаю из больничной выписки. Что произошло в тот день? Кому я мог сдать нашу позицию?
Глаза цепляются за аватарки друзей и слезятся.
Читаю сообщения. От волнения ничего не понимаю. Перечитываю по слогам. В редких посланиях ничего странного или подозрительного.
Я просматриваю остальные чаты. Среди личных контактов есть информационные каналы наших военкоров и Укросми с той стороны фронта.
Моих сообщений раз-два и обчелся. Это в фантазиях я многословен, а в жизни предпочитаю слушать и думать. С думками больной голове тяжело, но простые вещи я понимаю. Никакого намека на слив информации в моих сообщениях нет.


















Комментарии
Добавить комментарий