Малейшее изменение может повлечь за собой утрату улики, возможно — единственной, на основании которой преступника можно будет впоследствии привлечь к суду. Это ведь только в кино гениальный сыщик на основе своих умозаключений ловко колет злодея, достаточно лишь собрать всех подозреваемых в одну кучу и в кульминационный момент указать на душегуба пальцем. В жизни, по делам об убийствах, улик оказывается ох как мало, и каждая из них — на вес золота.

Анна Ивановна каким-то образом просочилась мимо участкового и появилась на пороге спальни.

— Господи, срам-то какой! Хоть и непутевая девка была, но так-то зачем?

— Инна? — сурово спросил Катышев, надвинувшись на старушку. — Тогда попрошу вас временно выйти. Потом мы вас позовем, будете понятой. И ты, Волгин, не стой. как столб. Надо в темпе пробежаться по квартирам, может, еще кто этого воскресного беса заметил. Давай иди, я пока здесь покараулю.

У входной двери участковый объяснялся с женщиной, настойчиво пытавшейся прорваться в квартиру.

— Понимаете, пока нельзя.

— Это мне-то нельзя? — спросила женщина так веско, что лейтенант замолчал; воспользовавшись паузой, она шагнула через порог и столкнулась с Волгиным: — О, здрас-с-те! А вы тут что делаете?

Знакомы они никогда не были, но Сергей уже догадался, с кем имеет дело, и Анна Ивановна подтвердила его предположение:

— Это Лариса, Инночкина сестра.

— Ну, и что дальше? — сестра нахмурилась.

Она смотрелась лет на тридцать, была высока ростом, с хорошей фигурой, достоинства которой подчеркивали куртка из мягкой кожи и черные блестящие брючки, купленные в дорогом бутике. Красивой ее Волгин бы не назвал, но впечатление она производила и в памяти оставалась — как и все самостоятельные женщины, привыкшие к мужскому вниманию и не отягощенные финансово-бытовыми проблемами.

— Я недопонимаю ситуацию. В чем дело, офицер? Обворовали квартиру или что-то произошло с Инной?

Анна Ивановна юркнула за дверь, и Лариса все поняла:

— О Боже! И еще этот запах… Как это случилось? Несчастный случай или?..

— Были основания такое предполагать?

— В ее возрасте от старости не умирают.

— А сколько ей было?

— Двадцать шесть. Неработающая, замужняя. Что вас интересует еще?

— Давайте переговорим где-нибудь на улице.

— Сначала я хочу посмотреть… Впрочем, сейчас, наверное, нельзя? Понимаю.

— Где сейчас ее муж?

— Эдуард? В командировке, под Москвой. В фирме должны знать точно. Кстати, вы же наверняка захотите осмотреть его кабинет.

— Первая дверь справа по коридору. Она всегда заперта, но в офисе есть запасной ключ. Уверяю, ничего интересного вы там не обнаружите. Никаких скелетов в шкафу — все на виду. Наверняка вам об этом уже настучали.