— Ты узнал, кто избил Вадика? — спросила Лена.

— Нет. Пока не получается.

— Неужели так сложно?

Вместо ответа Филин достал сотовый телефон и отправил сообщение на пейджер Валета, отиравшегося в трех метрах от машины: «Садись».

Валет плюхнулся за руль, вздохнул:

— Плохо шутите, шеф.

Филин минуту смотрел в спину водителя, потом набрал телефон пейджинговой компании и попросил оператора:

— Сестренка, повтори сообщение… Десять раз с интервалом в половину минуты.

— Прикалываетесь, шеф, — улыбнулся Валет. Они подвезли Шарову до ближайшей остановки, развернулись и направились в обратном направлении, к перекрестку, где была назначена следующая встреча.

Пейджер в кармане Валета регулярно пищал. Валет морщился, но улыбался.

Не успел запах духов Шаровой выветриться из салона, как в машину подсела Лариса.

В этот вечер Эдуард Анатольевич Локтионов находился в прекрасном расположении духа. Ничто не предвещало грозы, наоборот, впереди ждали отменный ужин и волшебная ночь. Может быть, первая с тех пор, как убили Инну.

Локтионов загнал «форд» на стоянку, поболтал со сторожем и, помахивая пакетом с продуктами, пошел к дому Кольской. В окнах ее квартиры горел свет; полчаса назад в телефонном разговоре она заверила, что очень его ждет.

Остановившись, Эдуард Анатольевич достал из кармана коробочку с небольшим, скромным на вид, но дорогим колье, полюбовался игрой камней в свете уличного фонаря, прослезился от своего благородства и продолжил путь.

От стоянки следом за ним топал долговязый парень в бейсболке козырьком назад. Парень остановился, пока директор разглядывал подарок, и возобновил движение одновременно с ним, но Эдуард Анатольевич на такие мелочи внимания не обращал.

Ничто не предвещало грозы, но она надвигалась.

Его перехватили на подходе к дому. Из чумазого «уазика» выпрыгнул необъятных габаритов мужик с короткой стрижкой, с тыла подтянулся долговязый, еще двое приоткрыли двери микроавтобуса «Газель», стоящего вслед за советским джипом. Оружием никто не угрожал, не требовалось.

— Садись, подвезем, — предложил необъятный, махнув в сторону «Газели».

— В одно место. — Мужик приблизился, высморкался под ноги Локтионову, будничным тоном, как будто ежедневно похищал людей, поторопил: — Садись, да? Не тяни время. Раньше сядешь — быстрее ляжешь.

— Товарищи… Граждане… Господа!

— Пошли, пошли. — Мужик взял Локтионова под локоть, довел до боковой сдвижной дверцы «Газели», помог одолеть негнущимися ногами подъем.

С лязгом дверь встала на место. Эдуарду Анатольевичу показалось, что он слышал, как в крышку его гроба забили первый гвоздь.

Долговязый, вслед за необъятным, погрузился в УАЗ, и двигатели обеих машин заработали.